Дмитрий Соколов. Слухи и толки «Крымской весны» (на примере Севастополя)

26.07.2014

Дмитрий Соколов. Слухи и толки «Крымской весны» (на примере Севастополя)

Во все времена социальные потрясения приводили в смятенье сердца и умы. Нарушение привычного жизненного уклада, неопределенность и неуверенность в завтрашнем дне порождали огромное множество сплетен и слухов.

Не стали исключением и памятные события, разыгравшиеся на территории Крымского полуострова в феврале-марте 2014 г. Переворот в Киеве, падение действующей власти, знаменовали для Украины начало новой трагической вехи. Кризис, охвативший республику в конце 2013 г., после победы Евромайдана привел к эскалации напряженности, обособлению регионов и скатыванию в пропасть гражданской войны.

Крыму и Севастополю повезло. Активность населения полуострова, которое, в подавляющем своем большинстве, с самого начала не разделяло идей «украинской революции»; умение консолидироваться, - позволили уйти относительно безболезненно.

Историческое воссоединение Севастополя и Крыма с Россией, состоявшееся в марте 2014 г., дало возможность вздохнуть с облегчением. Экономические трудности переходного времени, нерешенность ряда правовых и социальных вопросов воспринимаются как естественные издержки и меркнут на фоне того, что ныне происходит на территории Украины. Видя ежедневные репортажи из некогда мирных районов, общаясь с живущими на материке близкими родственниками, слушая истории беженцев, люди сегодня готовы мириться со многими неурядицами. Поскольку видят альтернативу.

Но в первые дни и недели «Крымской весны» обыватели и некоторые активные участники происходивших событий не могли наверняка быть уверены, что вскоре их чаянья и надежды воплотятся в реальность. Это было особое время. Даже сейчас, спустя месяцы, пишущий эти строки словно наяву погружается в ту неповторимую атмосферу. Воздух Севастополя был точно наполнен невероятным сочетанием надежды, тревоги и твердой решимости.

Придя 23 февраля на митинг «народной воли» и сделав свой выбор, жители города, тем не менее, первое время не были единодушны в прогнозах на ближайшее будущее. Принятые на митинге резолюции о непризнании нового украинского правительства и прекращении налоговых отчислений в Киев встретили всецелое одобрение. И все же поначалу было очень непросто поверить в то, что город и полуостров спустя всего три недели станут частью России. Неопределенность рождала самые невероятные предположения, слухи и толки. Скептики высказывали мнение, что акция гражданского неповиновения в Севастополе обречена на скорую неудачу. Самое большее, чего возможно будет добиться – это некоторой самостоятельности в решении местных вопросов (и то, если удастся достигнуть компромисса с киевским руководством). Высказывались и более пессимистические прогнозы. Что новый режим быстро возьмет ситуацию под контроль, проведя руками присланных радикалов «акцию устрашения» (при попустительстве местных правоохранителей, как это было 2 мая в Одессе). Эти мрачные предположения в разных вариациях звучали на протяжении всей «Крымской весны».

Справедливости ради, подобные рассуждения были присущи скорее отдельным севастопольцам и крымчанам. В широких массах доминировали совсем иные, оптимистичные настроения.

Но даже те, кто сразу увидел в происходящем начавшийся процесс выхода полуострова из-под украинской юрисдикции, разнились во мнениях о будущем статусе Крыма и Севастополя. То, что Россия примет автономию в качестве полноправного субъекта, казалось поначалу настолько невероятным, что проще было поверить в возможность создания независимого государства под российским протекторатом. Мысли о возможности возвращения к Конституции 1992 г. (дающей Крыму более широкие полномочия в статусе автономии) и сохранении в составе Украины казались далекими от реальности, и не принимались всерьез.

По личным наблюдениям автора этих строк, разговоры о будущем полуострова в качестве независимого государства или более широкой автономии сошли на нет вскоре после столкновений у Верховного Совета Крыма в Симферополе 26 февраля и появления на улицах крымской столицы неизвестных военных в камуфляже без опознавательных знаков и масках.

Теперь уже все больше людей убеждались в реальности воссоединения с Россией. Блокирующие украинские военные части и стратегические объекты «вежливые вооруженные люди» одним лишь своим присутствием были красноречивее любой агитации.

Впрочем, и здесь поначалу не обошлось без слухов и сплетен. Говорили, что это переодетые бойцы «Беркута». Высказывались также мнения о членах некой частной военной компании. У тех, кто сразу посчитал людей в камуфляже бойцами российских специальных подразделений, возникали споры об их ведомственной принадлежности.

Появление «вежливых» заметно приободрило крымских и севастопольских активистов, участников отрядов самообороны. Но одновременно и обострило международную напряженность. Грозная риторика, звучавшая в адрес России из уст руководства США и лидеров западных стран, вызвала новые тревожные слухи.

Впервые за десятилетия с момента краха СССР люди всерьез заговорили о вероятности глобальной войны. На этом фоне известия о стягивании украинских войск к Перекопу воспринимались особенно остро. Гипотетическое вторжение в Крым с целью деблокировать украинские военные части и «восстановить конституционный порядок», могло послужить поводом для возникновения вооруженного противостояния между Киевом и Москвой, а также вмешательства НАТО. В связи с чем, атмосфера, царившая накануне референдума 16 марта в Севастополе, была довольно тревожной. Несмотря на то, что все время «Крымской весны» город жил в целом обыденной жизнью: работали магазины, общественный транспорт, коммунальные службы. Что, впрочем, никак не могло ввести в заблуждение. То там, то тут можно было услышать о засланных провокаторах из числа сторонников Евромайдана, могущих сорвать процедуру голосования, устроить теракт. Активизации действий украинских сил ждали и после референдума.

Эти опасения были далеко небеспочвенными. Так, в Севастополе 9 марта во время праздничного митинга по случаю 200-летия со дня рождения поэта Тараса Шевченко участвовавшие в мероприятии «гости» из западных областей Украины стали выкрикивать бандеровские лозунги. Далее в ход пошел слезоточивый газ. Между провокаторами и дежурившими на митинге бойцами отрядов самообороны завязалась потасовка, перешедшая в драку (1). В тот же день один из прибывших в город «активистов» Евромайдана устроил стрельбу в сквере имени Анны Ахматовой (находится в Гагаринском районе Севастополя, вблизи Херсонесского заповедника). Открыв по самооборонцам огонь из пистолета Макарова, выпустил в них всю обойму. К счастью, никто не пострадал (2).

Именно поэтому горожане в те дни отличались повышенной бдительностью.

Но, к счастью, для Крыма и Севастополя «украинский кризис» завершился (по крайней мере, на данном этапе) наилучшим из всех возможных вариантов. В истории это один из уникальных примеров, когда изначально были правы оптимисты, а сделанные ими прогнозы осуществились и стали реальностью.

Примечания:

1.​ Гости с западных регионов Украины устроили провокацию в Севастополе // http://www.nts-tv.com/politiks/16442-gosti-s-zapadnykh-regionov-ukrainy-ustroili.html (10.03.2014)

2.​ Опасные гости // http://www.nts-tv.com/politiks/16447-opasnye-gosti.html (10.03.2014)

Впервые опубликовано: информационно-аналитическая газета «Крымское эхо»: http://www.kr-eho.info/index.php?name=News&op=article&sid=12466


Возврат к списку


    
Система электронных платежей