Авторизация
Логин:
Пароль:
Регистрация
Забыли свой пароль?
Подписка на рассылку

"Мы сражались за Божье Дело, против дела поистине сатанинского". Интервью Председателя РОВС И.Б. Иванова Е.В. Семёновой

27.06.2015

"Мы сражались за Божье Дело, против дела поистине сатанинского". Интервью Председателя РОВС И.Б. Иванова Е.В. Семёновой

http://ic.pics.livejournal.com/elena_sem/10303998/345030/345030_original.jpg

«Когда враг убивает твоих братьев и сестёр, какие ещё мотивы нужны, чтобы взяться за оружие?»

 

- Недавно исполнился год с начала боевых действий в Новороссии. Расскажите, пожалуйста, когда Вы вступили в ряды ополчения, и что лично Вас побудило сделать такой шаг?

- Вместе с другими членами Русского Обще-Воинского Союза я вступил в Ополчение в июне 2014 года. Украинскую границу переходили где-то в районе Изварино, в лучших традициях кутеповских боевиков. Много позже выяснилось, что группа добровольцев, переходившая границу перед нами, где-то в том же районе, напоролась на укропов и погибла…

Славянск в это время был уже окружён частями «Сбройних сил Украйни» и карательными батальонами. В городе Краснодоне местные ополченцы стали уверять нас в один голос, что в Славянск мы уже не пройдём, что идти туда – самоубийство. Настойчиво зазывали вступить в ополчение Краснодона. Но для нас сражаться под командой Стрелкова – было делом принципиальным. И хотя некоторые из добровольцев нашего отряда уже было засомневались в успехе этого предприятия, я принял тогда решение пробиваться в окружённый врагами Славянск. Каким-то чудом – с Божией помощью, по-другому не объяснить – нам это очень быстро удалось. Да ещё и не с пустыми руками прибыли: по дороге мы помогли случайно встретившимся стрелковцам доставить в Краматорск два 120-миллиметровых самоходных артиллерийских орудия «Нона» (в моём отряде был хороший механик-водитель с позывным «Чех», который и сел тогда за рычаги самоходки)…

А что касается мотивов, побудивших нас вступить в ополчение… На этот вопрос ответить легко. Что, например, двигало ополченцами Минина и Пожарского? Что заставляло русских людей стремиться в армию и в ополчение в 1812-м? Какие мотивы побуждали нашу молодёжь и седых ветеранов, уходить в 1918-м на Дон, к генералу Корнилову?..

Мы руководствовались теми же мотивами. И отлично понимали, что нынешняя воровская элита РФ, тесно повязанная с Западом, на защиту национальных интересов России грудью не встанет. Но как бы ни вела себя «элита», русские патриоты поднимутся на защиту Русского мира. Ибо над Россией, над всей православно-славянской цивилизацией нависла смертельная угроза; русских на Украине низвели до положения людей третьего сорта, даже не людей – «ватников»; десятками заживо сжигали в Одессе за нежелание говорить на исковерканном, искусственном языке, за непризнание организованной Западом очередной антирусской революции... Когда враг убивает твоих братьев и сестёр, какие ещё мотивы нужны, чтобы взяться за оружие?

Не мы начали эту войну. Более того, русские патриоты отчётливо сознавали, что ничего хуже для нашего триединого народа, чем новая гражданская война быть не может. Поэтому Русский Обще-Воинский Союз до последнего момента призвал предотвратить братоубийственное кровопролитие. Так, 15 апреля 2014 года РОВС распространил «Обращение к Вооружённым Силам Украины», в котором призвал украинских военнослужащих оставаться верными своей присяге и действовать строго в рамках существовавшего на Украине законодательства, запрещающего использование армии против гражданского населения. Но это война была так нужна США, и Запад всё-таки сумел втянуть Украину в кровопролитие…

Что бы там ни кричала сегодня укропропаганда про агрессию России, как бы ни пытался Запад выдавать чёрное за белое, не нужно забывать хронологию событий и путаться в причинно-следственных связях. Воссоединение с Крымом, и массовое народное сопротивление в Новороссии – это уже ответная реакция на организованный западными спецслужбами кровавый вооружённый переворот в Киеве. А украинский сепаратизм, всё это пресловутое западенчество – только инструмент в руках их западных хозяев. Так было ещё в начале ХХ века, точно так же это обстоит и сегодня.

 

- Вы участвовали в обороне Славянска, командовали ротой. Какова была задача Вашего подразделения?

- Уточню: во время обороны Славянска я был командиром отделения Отдельной штурмовой роты. В то время ею командовал «Мачете» – боевой парень из местных, будущий Георгиевский кавалер.

Горжусь, что довелось драться в составе этого подразделения – одного из самых боевых в Стрелковской бригаде, да, пожалуй, и во всех Вооружённых Силах ДНР. Ведь штурмовую роту – позднее она стала прозаично именоваться 2-й ротой 2-го пехотного Славянского батальона – ставили на самые опасные участки фронта, как правило – на острие вражеского удара. Боевой путь подразделения говорит сам за себя: оборона Ямполя, оборона Николаевки, оборона Иловайска, оборона Шахтёрска, штурм донецкого аэропорта… Кто в теме, тот знает, что кроется за этими названиями… А в конце июня-начале июля 2014 года Отдельной штурмовой роте был дан приказ защищать город Николаевку – ключевой стратегический пункт в обороне Славянска.

Мы держали оборону вдоль северо-восточной окраины города. Подчеркну, что позиции ополчения находились вне городской черты – окапывались в зелёнке, в районе загородных садовых участков. Там же находились и наши блокпосты. В самой Николаевке позиций ополченцев не было. Но это не остановило карателей и не спасло мирное население от обстрелов. Укропы били по жилым городским кварталам из артиллерии, в том числе и из РСЗО – реактивных систем залпового огня. То есть сознательно разрушали город и убивали мирных людей – это их обычная тактика в Донбассе, тактика «выжженной русской земли». Украинская артиллерия целенаправленно расстреляла даже Славянскую ТЭС, что в полутора километрах от Николаевки – в небе долго стоял огромный чёрный столб дыма от полыхавшего на электростанции пожарища. Но на Славянской ТЭС – ни до штурма, ни во время штурма – не было ни одного ополченца!

Чины РОВСа прибыли под Николаевку где-то за неделю до начала решающих боёв. Поначалу ходили в разведку в составе разведвзвода или несли службу в секретах – на передовой, под носом у противника, за это время успели побывать под огнём… А 1 июля начался штурм Николаевки, продолжавшийся трое суток. Ровсовцы в этом трёхдневном бою оказались рассредоточены по разным участкам фронта, но везде проявили себя отлично, а вольноопределяющийся «Печора» (уже в Иловайске он был произведён в подпоручики) – за Николаевку получил именное холодное оружие. Вообще на чинов РОВСа в Ополчении смотрели, как на бойцов и командиров надёжных в морально-психологическом и боевом отношениях. Каковыми они и оказались на самом деле – и при обороне Славянска, и в последующих боях.

Под Николаевкой укропы решили устроить нам маленький Верден. Патронов, мин, снарядов каратели не жалели. Почти беспрерывно расстреливали нас из миномётов, артиллерийских орудий, «Градов», «Смерчей» (это система посерьёзнее, чем «Град»), бросали на нас БТРы и танки, били по нам в упор из 125-миллеметровых танковых пушек, даже боевые самолёты применили… Но свою пехоту украинские сепаратисты вперёд пускать боялись. В тот период войны они думали «перемочь» нас с помощью тяжёлой техники, которой у ополчения было очень мало, а в Николаевке не было вообще. Мы могли отвечать врагу только из стрелкового оружия. В лучшем случае огрызались из гранатомётов, но старые, залежалые на украинских складах советские «Мухи» не срабатывали, да и выстрелы к РПГ-7 нередко нас подводили… Так что силы под Николаевкой оказались слишком неравными.

Держались мы трое суток – уже находясь в окружении, без воды, продовольствия и без связи… Моя группа из пяти человек покинула позиции под Николаевкой самой последней – в ночь 4 июля, когда на флангах никого из соседей не осталось, фронт откатился куда-то к Славянску, а стрельбы по нам шла уже со всех сторон. Когда стало ясно, что отдавать нам приказы просто некому и продолжать цепляться за окружённую позицию уже бессмысленно, приняли решение прорываться через кольцо карателей в направлении Славянска – в кромешной ночной темноте, без карты, без компаса, в малознакомой местности, под прицелами снайперов и тепловизоров… Шансов выбраться было ничтожно мало, но с Божией помощью мы смогли это сделать. 

Потом говорили, что нашу группу специально оставили прикрывать общий отход. По другой версии – нам просто забыли передать поступивший ещё днём приказ Стрелкова об оставлении позиций. Ничего удивительного: со связью и в самом деле было плохо, наши маломощные рации оказались совершенно бесполезны. А на войне всякое бывает, если ты пошёл воевать, будь готов ко всему…  

Так или иначе, мы до последнего выполняли приказ держать позицию, а укропы на наше счастье не догадывались, что на всём фронте перед Николаевкой осталось только пять ополченцев! Они, по всей видимости, считали, что в зелёнке, вдоль дороги, засело около батальона. И в течение долгих часов поливали нас огнём так, будто и в самом деле перестреливались с батальоном. Если бы каратели знали, что перед ними осталась только небольшая горстка защитников, нас бы уничтожили одним решительным броском пехоты. Но решительности укропам явно не хватало.

Кстати, официальные представители ВСУ, потом громко рапортовали об «освобождении» Николаевки и вовсю похвалялись с экранов телевидения, что якобы взяли в плен пятьдесят (!) ополченцев. Но в доказательство этого заявления укроповские СМИ не смогли показать не только пятьдесят, но хотя бы одного пленного ополченца, взятого в Николаевке. Зная реальную картину, мы потом долго смеялись над бахвальством «героев АТО». Между прочим, среди бойцов Славянской бригады существовало негласное правило – живыми в плен не сдаваться, поэтому в действительности противнику редко удавалось захватить кого-либо из стрелковцев... А вот укропы, попадая потом в подобные критические ситуации, действительно, часто раскисали, давали слабину и сдавались нам десятками и даже сотнями… Моральное превосходство, сила духа в этой войне были на нашей стороне. Это и позволяло ополчению достойно сражаться и одерживать победы в схватке с противником, который всегда имел над нами подавляющий численный и технический перевес... 

Днём 4 июля мы опять были в Славянске. Разыскали там свою штурмовую роту, которая хотя и несколько поредела, но сохранила боевой дух и была готова снова идти в бой. В Славянске узнали, что под Николаевкой тяжело ранен наш ротный командир – «Мачете», что пропал со своей группой разведчиков начальник штаба РОВСа «Белый». Поручика «Белого» посчитали погибшим в этом бою, но он остался жив, довольно долго пробыл в тылу укропов, находясь в Николаевке во время кровавой «зачистки» города карателями, а через несколько дней всё-таки вышел со своими людьми на Лисичанск. Настоящий разведчик!  Потом он служил в разведке у Алексея Мозгового и видимо так хорошо успел проявить себя в «Призраке», что Алексей Борисович потом долго упирался и не хотел отдавать мне обратно нашего ровсовского начштаба.

 

- Ваша рота  состояла из людей, скажем так, «белых» взглядов, или же роли это не играло?

- Знаете, у Уинстона Черчилля есть известный афоризм о том, что генералы всегда готовятся к прошлой войне. Так вот, когда современные политики и современное общество говорят о событиях на Украине, они часто мыслят категориями прошлой и даже позапрошлой войны.

Я участвовал в антикоммунистическом движении с конца 1980-х, начинал ещё в Историко-патриотическом объединении «Русское Знамя», в 1992 году стал членом РОВСа, и мне самому привычнее действовать в системе координат «белые – красные». Но война в Новороссии – это не борьба белых против красных, не борьба коммунистов против антикоммунистов, не борьба фашистов против антифашистов… Все эти старые политические ярлыки прошлого века используются пропагандой по обе стороны фронта, но даже сами пропагандисты, которые их применяют, чувствуют натянутость и искусственность подобных трактовок нынешней войны. Потому что ни коммунисты, ни антикоммунисты, ни фашисты не играют в сегодняшнем противостоянии никакой роли. Хотя, безусловно, в значительной степени эта война является войной с наследием коммунизма, ведь само существование самостийной Украины – это прямое наследие коммунистической системы.

Весьма символичен тот факт, что народное ополчение ДНР организовал и возглавил убеждённый русский монархист Игорь Стрелков, всегда открыто декларировавший свою приверженность Белой Идее. А так называемую «антитеррористическую операцию» против населения Новороссии возглавил бывший секретарь райкома ВЛКСМ, заведующий отделом агитации и пропаганды Днепропетровского обкома комсомола Александр Турчинов… 

И всё-таки к войне на Украине нужно подходить с другими мерками. Это вовсе не война русских против украинцев, какой её хотела бы показать западенская пропаганда. Наша Отдельная штурмовая рота более чем наполовину состояла из людей, у которых в свидетельствах о рождении было написано «украинец». Такая же картина была и в других подразделениях ополчения ДНР, ведь оно на девяносто процентов состояло из местных. А в документах пленных и убитых военнослужащих ВСУ – сплошь и рядом попадаются исконные русские фамилии... Какое же это «русско-украинское» противостояние?! Это самая настоящая гражданская междоусобица, где войска противников одинаковы по своему национальному составу.

Водораздел прошёл совсем по другой линии – не по партийно-идеологической и не по национальной. Нынешняя война имеет иные корни. Это война, начатая США за коренной передел всего центрального геополитического пространства, которое исторически принадлежит православно-славянской цивилизации и когда-то контролировалось Российской Империей. Оно и до сих пор в основной своей части ещё контролируется Российской Федерацией. Окончательная потеря этого контроля будет означать физическую гибель всей – подчёркиваю всей! – православно-славянской цивилизации, включая и саму Украину. Ибо никакая Украина не нужна Западу. США будут поддерживать и терпеть существование этого осколка России только до тех пор, пока его можно использовать в качестве дармового пушечного мяса и плацдарма в войне против Москвы. Но если Западу удастся уничтожить центральную Россию, спровоцировать её распад на подконтрольные Вашингтону мелкие, обезлюженные, враждебные друг другу территории, то вслед за центральной Россией погибнут и её окраины – Украина, и Белоруссия.

Каждый донецкий шахтёр, вставший в ряды ополчения, каждый доброволец из России осознавал, что он сражается не с Украиной и украинцами, а против США. Тем более, что с американскими инструкторами и наёмниками, воюющими на стороне укропов, ополченцам пришлось вживую столкнуться ещё при обороне Славянска.

В то же время нынешняя война – это столкновение двух разных, взаимоисключающих, цивилизаций – либерально-западной и православно-славянской. По большому счёту их противостояние носит глубокий религиозный смысл. Могу засвидетельствовать, что подавляющую массу ополченцев ДНР составляли православные люди. На флагах, развевавшихся на нашей бронетехнике и наших блокпостах, были изображены лик Христа Спасителя и девиз: «За Веру, Царя и Святую Триединую Русь». Но в рядах ополчения можно было встретить и мусульман, и католиков. Мы с ними прекрасно понимали друг друга. Ибо вопрос в данном случае не в том, к какой конфессии или юрисдикции ты принадлежишь, а в том, с Богом ты или нет.

Насколько велик в Ополчении ДНР был процент приверженцев Белой Идеи? А что такое Белая Идея? В советских школах и ВУЗах этого людям не объясняли. Там внушали, что белогвардейцы – садисты-«золотопогонники», враги трудового народа, которые выступают чуть ли не за реставрацию крепостного права… А красные – это вроде те, которые за народ… Ну, были там какие-то «перегибы» у большевиков, ну уничтожили они сгоряча несколько десятков миллионов человек в России, ну с верующими там что-то переборщили, но хотели-то, чтобы лучше было…

У многих представителей старшего поколения, как в РФ, так и на Украине, ещё со школьной скамьи осталась в головах такая вот псевдоисторическая каша. Потому, что правящие элиты на постсоветском пространстве не были заинтересованы в историческом просвещении собственного народа, настоящем осмыслении коммунистического прошлого: для советской воровской верхушки оно было смерти подобно. Поэтому вместо исторического просвещения с 1991 года на Украине  обрушивали на головы народа (чтобы опомниться не успел) – чуждую ему бандеровщину, а в РФ – бросилась прививать столь же чуждые для наших людей  «демократические ценности», да ещё в самом худшем их варианте. В итоге наш народ в своей массе до сих пор по-настоящему не знает своей истории. И для большинства людей термин «Белая Идея» – вещь малопонятная.

А ведь Белую Идею можно выразить всего двумя словами – русский патриотизм.  Большевики открыто считали патриотизм – величайшим злом. Война белых и красных в 1917-1922 гг. – это противостояние патриотов и интернационалистов. Белые сражались за Единую, Великую Неделимую, а большевики поощряли сепаратизм, расчленение Российской Империи, отстаивая «право наций на самоопределение». Белые сражались за Веру своих отцов, а для большевиков безбожие было краеугольным камнем их мировоззрения. Белые отстаивали национальные интересы России, стеной встали на стражу той самой православно-славянской цивилизации, большевики же бились за интересы интернационала, а наследие православно-славянской цивилизации мечтали «разрушить до основания». Вам всё это ничего не напоминает в связи с войной в Новороссии?

Так вот, завершая ответ на Ваш вопрос. Можно не сомневаться, что большинство простых ополченцев, сражавшихся в Славянске, никогда не читали «Наших задач» И.А. Ильина и историю Белого движения знают смутно. Но эти ополченцы, даже если они и сами того не осознавали, сражались за те же ценности, за которые боролась Белая армия – за Православную Веру, за единство России, за свой русский язык, за право не жить по чужой указке и не находиться на своей земле на положении людей второго сорта… В конечном счёте сегодняшние донецкие шахтёры, так же как их прадеды – известно, что в Корниловской и Дроздовской дивизиях служило немало донецких шахтёров – сражались за идею Русского мира. Хотя многие ополченцы, повторюсь, этой исторической взаимосвязи с Белым движением не осознавали.

Были среди местных ополченцев – простых  шахтёров и рабочих – и такие, кто прямо говорил: «Страну от хаоса спасёт теперь только Русский Царь, стоящий во главе единой Российской Империи!»

Что касается добровольцев из России, то они составляли только десятую часть Ополчения, но в большинстве своём это были люди идейными, часто состоявшие до войны в различных русских патриотических организациях. Были среди нас и монархисты из Киева и даже с Западной Украины. Например, небезызвестный Игорь Михайлович Друзь – советник И.И. Стрелкова по политическим вопросам – киевлянин, председатель «Народного Собора» Украины. Я, кстати, никогда раньше не видел такого большого количества сторонников монархии, сосредоточившихся в одно время и в одном месте, как это было в рядах стрелковцев.

 

- Какой эпизод войны Вам наиболее запомнился?

- Выделить какой-то один эпизод трудно. Каждый день, проведённый на войне – отдельная история. Ведь РОВС действовал в Новороссии в самое тяжёлое и самое ответственное время – в период напряжённых боёв за Славянск и Донецк. В то же время для Донецкой Народной Республики это был период интенсивного военного и государственного строительства. Весной-летом 2014-го создавалась новая Русская Армия, на обломках разваливающейся сепаратистской Украины воссоздавалось Русское Государство. И в этом строительстве мы приняли самое деятельное и непосредственное участие. Поэтому ярких, запоминающихся эпизодов хватало – и боёв, и смертельного риска, и трагических потерь, и радости побед, и незабываемых встреч, и трудных решений…

http://cs625527.vk.me/u1081591/video/y_56e0bb6a.jpg

«В Новороссии мы защищали интересы всего народа – национальные интересы»

- Вы уже много лет знакомы с Игорем Стрелковым. Часто ли Вам приходилось общаться с ним в Славянске?

- Со Стрелковым, действительно, знаком давно. Мы почти четверть века друг друга знаем. А встретиться с ним в Славянске довелось только два раза.

В первый раз – в первый же день по прибытии группы чинов РОВСа в этот город. Двух офицеров из нашей группы я оставил в Краматорске, предоставив их в распоряжение Разведуправления – «Хмурому». А с остальными прибыл к Стрелкову. Построил наш небольшой отряд во дворе бывшего райотдела СБУ, где располагался штаб Ополчения, доложил Командующему о прибытии. Обнялись. Он обошёл строй, пожал каждому руку и с места в карьер заявил: «Положение сложное. Противник прорвал оборону под Ямполем. Наш батальон, оборонявший позицию, понёс тяжёлые потери, командир батальона ранен. Вам предстоит прямо сейчас отправиться на фронт и прикрыть это направление». Вот и вся встреча. В течение часа мы получили оружие. А ещё через час уже были на передовой…

Вторая встреча со Стрелковым в Славянске произошла перед оставлением города. Днём 4 июля я прибыл к Командующему, доложил ему о ходе боя под Николаевкой, сообщил, что из тех людей, что представлялись ему в составе группы РОВСа, трое пропали без вести… Мы разговаривали на улице, возле здания СБУ. Стрелков внимательно меня выслушал, а потом буквально огорошил: «Я, – сказал Игорь Иванович, – не позволю уничтожить Ополчение. Сегодня ночью мы выходим из Славянска…»

Честно говоря, в тот момент я не сразу оценил всей силы этого стратегического хода. Ведь мы, рядовые бойцы и офицеры Ополчения, были настроены стоять в Славянске насмерть, держать город до последнего патрона, до последней капли крови, как в 1613 русские воины держали Смоленск, как в 1877 году обороняли цитадель Баязета. Но неожиданный для всех приказ Стрелкова о выходе из Славянска оказался в той ситуации совершенно верным и оправданным.

Решение И.И. Стрелкова оставить Славянск – сродни решению М.И. Кутузова об оставлении Москвы: та же логика, тот же замысел, та же мотивация. Те, кто знает историю войны 1812 года, поймут, о чём я говорю. Оставить город – пусть даже и ставший символом для всех русских людей! – ради того, чтобы сохранить армию и продолжить борьбу. Пойти на жертвы в тактическом плане, но тем самым стратегически повернуть ход войны в свою пользу. Так оно и вышло.   

Кстати, сама операция по выходу из окружённого врагом Славянска была подготовлена и проведена образцово, с незначительными потерями. Могу засвидетельствовать это, как один из её непосредственных участников. По сложности и чёткости исполнения выход из Славянска можно сравнить с блестяще проведённой генералом Врангелем эвакуацией Русской Армии из Крыма в ноябре 1920-го. Успеху способствовало и то обстоятельство, что укропы были дезинформированы и совершенно дезориентированы: Стрелкову удалось создать видимость, что гарнизон Славянска будет цепляться за город до последнего и подготавливается к жёсткой обороне. Каратели уже настроились на предстоящую кровопролитную осаду и не ожидали, что ополчение будет прорываться из города.  

В ночь с 4-е на 5-е июля мы оставили Славянск. С нами ушла и часть населения.

А в следующий раз мне довелось видеться с Командующим уже в Донецке. Вот там с Игорем Ивановичем приходилось встречаться часто – сначала время от времени в качестве заместителя командира 2-го пехотного Славянского батальона, прикрывавшего Донецк со стороны Иловайска и Моспино, затем, уже практически ежедневно – в качестве начальника Политотдела.

 

- Каково было Ваше впечатление от Донецка, когда Вы в числе других «стрелковцев» пришли туда по оставлении Славянска?

- Двоякое. С одой стороны, поразило, с какой радостью и теплотой нас встретили люди. Словно в старой военной кинохронике, когда войска проходят по улицам освобождённого города, а местные жители забрасывают их цветами, девчата подбегают и целуют бойцов, люди на обочинах дорог плачут от счастья, крестят проходящих мимо солдат, радостные ребятишки бегут за колоннами пехоты и бронетехники... Вот приблизительно так стрелковцев и встретили в Донецке. Народ искренне радовался, на улицах нас чествовали, как своих освободителей. Беспрестанно подходили незнакомые люди и благодарили. Разве что цветами не забрасывали: приготовиться к встрече дончане не успели. Вместо цветов совали в руки ополченцам пачки сигарет, выносили какие-то продукты, чтобы накормить наших бойцов…  

С другой стороны мы увидели, что Донецк совершенно не подготовлен к обороне – ни в фортификационном, ни в информационном, ни в морально-психологическом отношении. Фактически не было даже блокпостов. Как нам рассказали местные жители, какое-то подобие блокпостов и наглядная агитация на улицах с призывами защищать Донбасс появились только перед самым нашим входом в Донецк. Местные власти защищать город явно не собирались. И к этому не готовились.

В Донецке было полно всевозможных вооружённых формирований – батальон «Оплот» Захарченко, батальон «Восток» Ходаковского, какие-то «Русская Православная Армия», СВД «Беркут» и тому подобные… Причём, вооружены и снабжены некоторые из этих формирований были гораздо лучше нас, фронтовиков. Они даже танки имели. Но всё это были не боевые части, а по сути – тыловые охранные предприятия. И создавалось большинство из них, как я понимаю, вовсе не для использования на фронте против наступавших карателей, а для… охраны имущества местных донецких олигархов.

Во время обороны Славянска все эти «Оплоты» и «Востоки» не оказали нам никакой помощи. Напрасно мы надеялись, что окружённый Славянск попытаются деблокировать из Донецка. Некоторые тогда думали: «Сдерживая все основные силы врага под Славянском, стрелковцы дают время Донецку укрепиться и сформировать силы для того, чтобы деблокировать Славянск ударом с юга». Но об этом тогдашние донецкие власти и командиры даже не помышляли! Более того, впоследствии выяснилось, что с подачи  властей «крышуемые» ими тыловые формирования перехватывали вооружение и гуманитарную помощь, предназначавшиеся для Славянска…

Очевидно, что закулисные сценаристы рассчитывали на следующее развитие событий: Стрелков безо всякой пользы будет упорно держать окруженный Славянск; не имея поддержки со стороны Российской Федерации и не получая никакой помощи из Донецка, он через какое-то время неизбежно героически погибнет – вместе со всеми, собравшимися в Славянске, идейными добровольцами. После этого реально сопротивляться карателям станет некому, и неподготовленный к обороне Донецк – спокойно сдадут укропам. На Новороссии можно будет поставить крест. А Стрелков своим решением выйти из Славянска сломал все эти расчёты. Чего не ожидали ни в Киеве, ни в Донецке.

Мы пришли в столицу ДНР и быстро организовали оборону города, взяли под свой контроль значительную территорию вокруг Донецка, решительно заняв близлежащие города и населённые пункты. Например, мой батальон сходу занял Иловайск и Моспино, помог сформировать и принял в свой состав роту добровольцев из Харцызска, а затем ещё пять рот из числа местного населения. Только благодаря манёвру Стрелкова по выходу Ополчения из Славянска, Новороссия выстояла в июле 2014-го и смогла дальше продолжить борьбу.

Кстати говоря, после прихода Славянской бригады в Донецк «Оплот» и «Восток» – за исключением нескольких небольших подразделений, в частности, группы востоковцев на Саур-Могиле – так и продолжали, вместе со всем своим тяжёлым вооружением, отсиживаться в городе, не принимая участия в его обороне. Вся тяжесть битвы за Донецк легла на стрелковцев. Даже в дни самых напряжённых боёв июля и августа, когда укропы пытались взять столицу Донбасса в кольцо – несколько раз им это удавалось, хотя и ненадолго – мы не могли рассчитывать на помощь «Востока» и «Оплота» и в неравных боях отбивали атаки на город только силами Славянской бригады.

Была ещё одна проблема, связанная с «героями тыла». На фронте эту публику редко можно было увидеть, зато она активно «геройствовала» в самом Донецке – по части мародёрств и уголовщины: завели собственные тюрьмы, «отжимали» у людей автомобили, вымогали деньги, были отмечены случаи незаконных задержаний, изнасилования… Страдало от этих бесчинств местное население, все претензии которого были, в основном, именно к оплотовцам и востоковцам. Хотя и мелкие донецкие ОПГ, действовавшие под видом ополченцев, типа какой-нибудь никому не подчинявшейся шайки «Грека», вреда наносили много. Иногда эти шайки прикрывались и финансировались коррупционерами из числа депутатов Верховного Совета ДНР. Было и такое. Весь этот беспредел стал одной из причин, по которой дончане так радостно встречали стрелковцев: «Пришёл Стрелков – он порядок наведёт!»

И, действительно, порядок Стрелков навёл быстро. Многие наверняка помнят, как славянцы покончили с донецкими наркобаронами, привыкшими в незалежной Украине считать себя безнаказанными. В отличие от украинской милиции, стрелковцы взяток не брали и действовали чрезвычайно эффективно, поэтому донецкие наркодельцы в несколько дней были арестованы, судимы и приговорены к высшей мере наказания. Даже пьяные перестали появляться в общественных местах: Стрелков ввёл в Ополчении «сухой закон», а задержанные на улице пьяницы из числа местных – направлялись отрезвиться на окопные работы… 

К сожалению, мы не успели кардинально решить проблему существования в Донецке тыловых бандформирований, фактически не подчинявшихся Министерству Обороны и правоохранительным органам Республики. На решение этой проблемы не хватило времени и сил. Ведь укропы в это время не бездействовали, наступали на Донецк, и все силы Стрелковской бригады были брошены на фронт – сдерживать натиск бронированных армад. Чтобы покончить с бандбатальонами в нашем тылу, нужно было снять какую-то часть войск с фронта. А у нас в это время катастрофически не хватало бойцов… Но сам факт нахождения Стрелкова и стрелковцев в Донецке заставлял бандитов хоть как-то держать себя в рамках. А вот после нашего ухода, при Захарченко, бывшем командире «Оплота», криминал и коррупция в ДНР расцвели буйным цветом – в худших традициях незалежной Украины…  

 

- По какой причине Вам и другим чинам РОВС пришлось покинуть Новороссию?

- О причинах я открыто написал, вернувшись в Российскую Федерацию. 8 сентября 2014 года в интернете было широко распространён документ под заголовком: «Заявление И.Б. Иванова, Председателя РОВС, бывшего заместителя начальника Главного Штаба ВС ДНР». Это, наверное, была чуть ли не первая ласточка, благодаря которой в Российской Федерации и в самой Новороссии понятливые люди уловили, что в Донецке произошло что-то неладное, в корне меняющее всю ситуацию. А люди тогда не понимали, что же на самом деле случилось, почему «ушёл» Стрелков, почему убирают со своих постов стрелковских командиров и начальников, почему Захарченко приказал закрыть популярную программу «Вестник Ополчения», почему в ДНР фактически началось негласное избиение славянских кадров – самых опытных на тот момент, доказавших на этой войне свою эффективность, офицеров?..

Если называть вещи своими именами, то в середине августа в ДНР произошёл государственный переворот, целью которого было убрать из Новороссии Стрелкова и его команду. В этот момент я служил в штабе стрелковской бригады (фактически это давно уже была дивизия) и временно исполнял должность начальника штаба, поэтому видел всю ситуацию изнутри. Выскажу своё собственное видение ситуации, как я её понимаю.

Стрелков – слишком самостоятельный командир и идейный человек. Из таких же идейных людей состоял и костяк стрелковской команды. Всем было ясно, что ни сам Игорь Иванович, ни его команда не пойдут на сговор с киевскими бандитами и не согласятся подписывать какие-либо предательские договоры типа Минских соглашений. Кроме того, думаю, наших врагов в Москве – их принято называть «пятой колонной», хотя это не совсем правильная терминология – сильно напугали определённые успехи в военном и государственном строительстве, достигнутые при Стрелкове. Ведь весной-летом 2014 года на Донбассе возникло маленькое православное русское государство, где шаг за шагом возрождались какие-то элементы Российской Империи.

Стрелковская команда была «заточена» на победу, на полный и окончательный разгром украинского сепаратизма, на то, чтобы дать решительный отпор поползновениям Запада задавить и уничтожить Россию. А антироссийские силы, засевшие в Москве – их там много – не были заинтересованы в таком развитии событий. Сразу задавить народное движение в Новороссии, принявшее столь грандиозный размах, они были не в состоянии, поэтому пошли по пути постепенного «слива» (не люблю этого слова, но сейчас в Донбассе – оно самое частозвучащее). А для «слива» нужно было убирать Стрелкова и ставить во главе ЛНР и ДНР совсем других людей – беспринципных, управляемых, которые, не задумываясь об интересах жителей Новороссии и интересах России, выполняли бы чужие указания. Лучше всего для этой цели подходили местные уголовные и полууголовные элементы, коих хватало среди командиров донецких тыловых формирований. Нужно было только привести этих последних к власти и в качестве компенсации за работу по «сливу» дать им карт-бланш на беспрепятственное набивание собственных карманов. Что и было сделано.

 

- Насколько в событиях в Новороссии было заметно влияние коммунистов? И в какой форме это влияние проявлялось?

- Ни в какой форме не проявлялось. О деятельности коммунистов при Стрелкове мы в ДНР даже не слышали. Все местные партии, включая коммунистическую и Партию регионов, с началом боевых действий просто разбежались и попрятались. Во время обороны Славянска, а затем и обороны Донецка компартия никаким образом своего существования не обозначила.  

Было смешно читать в интернете, как бесились в РФ коммунисты, которые писали в своих блогах, что вот, мол, белогвардейцы реально воюют в Новороссии, а мы упускаем ситуацию, не смогли сформировать там ни одного коммунистического отряда. Действительно, весной-летом 2014 года в ополчении ДНР ни одного коммунистического формирования не было – не только батальона, но даже и отделения. Как не было в тот период в ДНР, слава Богу, и никаких политических партий.

Другое дело, что многие представители старшего поколения в Донбассе, действительно, с ностальгий вспоминали о временах СССР. Такие «просоветские» настроения у какой-то части населения имели место. Но в сущности это была ностальгия не по коммунистической партии и учению Маркса-Ленина, а тоска по тому времени, когда страна была едина, когда русских на Украине не считали людьми низшего сорта, когда никто не заставлял людей насильно учить нелепый искусственный язык, и когда невозможно было даже представить, что на города и сёла Донбасса обрушатся снаряды и ракеты…

Первое, что я потребовал от своих подчинённых, вступив в должность начальника Политотдела – это твёрдо проводить в нашей идеологической и воспитательной работе линию на надпартийность Ополчения, не допускать в войсках никакой партийщины. Ибо любые партии разделяют людей, раскалывают общество на своих и чужих, а в Новороссии мы защищали интересы всего народа – национальные интересы. Кстати, сами члены РОВСа не вели в ДНР никакой «белогвардейской» пропаганды. Мы просто старались без рекламной шумихи осуществлять Белое Дело на практике. По сути, Политотдел Ополчения твёрдо проводил (хотя публично и не озвучивал этого), программу генерала Александра Павловича Кутепова, заявившего в 1929 году: «Мы боремся не за те или иные партийные идеалы, мы боремся за то, что выше всех партий и классовых программ – мы боремся за Россию. На эту борьбу зовём мы всех русских людей, где бы они ни были: на родине или за рубежом. Мы зовём к ней и тех наших братьев, у которых под красноармейской шинелью не перестало биться русское сердце».

А вот после нашего ухода новые руководители ДНР от этого принципа сразу же отказались. Сформированный при Стрелкове Политотдел был ликвидирован по настоянию Захарченко, и в Новороссии, действительно, начались попытки гальванизации ленинского трупа. Завелись какие-то коммунистические отряды (особенно это касается ЛНР). В октябре 2014-го спешно бросились создавать Коммунистическую партию Донецкой Народной Республики. Как я понимаю, её создавали специально под Захарченко, которого коммунисты тут же поддержала на так называемых «выборах». Никакой реальной пользы народу в ДНР и ЛНР попытки большевизации не принесли, но зато они поспособствовали падению морального авторитета Новороссии и расколу в обществе и Вооружённых Сил обеих республик. 

Уверен, что вся эта околокоммунистическая возня в ЛНР и ДНР – совершенно не случайна: попытки искусственной коммунизации республик – стали одним из элементов по их «сливу». Потому, что большей дискредитации идеи Новороссии, большего подарка украинской и западной пропаганде, чем замелькавшие красные флаги над Донбассом – и придумать сложно! Ведь одно дело, когда за Новороссию – народ, совсем другое, когда за Новороссию – «коммунисты»…  

Подчеркну, что даже после ухода белых из ДНР, сколько-нибудь реальной широкой поддержки и влияния коммунисты там не приобрели. Потому что голодному, сидящему под обстрелами «Градов» мирному населению, глубоко наплевать на все партии и партийные программы вместе взятые. Людям нужно другое – чтобы власть их не обманывала, уважала и реально защищала. А если принять разделение истории ДНР на два периода – первый, при Стрелкове, когда, у власти, условно говоря, стояли «белые», и второй, при Захарченко, когда карт-бланш получили «красные», то населению республики есть, что сравнить. Я думаю, лучшей агитации в пользу Белой Идеи, чем реалии донецкой жизни в эти два периода, нельзя и придумать!

«События в Новороссии стали проверкой на идейную стойкость, на верность Белой Идее»

 

- Сегодня Вы возглавляете петербургский филиал Движения «Новороссия». Расскажите, пожалуйста, о главных направлениях его работы. С какими наиболее существенными проблемами приходится сталкиваться по ходу этой деятельности?

- Общественное движение «Новороссия» Игоря Стрелкова возникло осенью 2014 года, и тогда же я возглавил его Северо-Западное отделение. Сразу наметилось три основных направления в нашей работе.

Прежде всего, это гуманитарная помощь Новороссии. Первоначально мы поставили перед собой задачу помогать нашим боевым соратникам – отправляли в боевые подразделения военную форму, тёплую одежду, амуницию, электрогенераторы, радиостанции, продовольствие и многое другое, что необходимо на фронте. Но очень скоро стало понятно, что в нашей помощи нуждается и гражданское население, страдающее от войны: знаменитых «белых конвоев» явно не хватает, а, кроме того, согласно поступающим из Новороссии сообщениям, стало известно, что значительная часть содержимого «белых конвоев», увы, по назначению не доходит: известное дело – коррупция… И мы быстро включились в доставку помощи мирному населению Донбасса – от детского питания, предметов гигиены и одежды, до школьных принадлежностей и учебников. Северо-Западным отделением сделано в этом направлении немало.  

Второе направление в работе общественного движения Игоря Стрелкова – помощь раненым. Это, пожалуй, самое важное, но и самое затратное направление работы: операции, реабилитация, протезирование – всё это стоит дорого. А помимо этих основных расходов немалые суммы затрачиваются движением на аренду жилья, транспорт, питание, медикаменты, улучшение бытовых условий жизни раненых, находящихся под нашим патронажем. Должен сказать, что мы сейчас единственная общественная организация, оказывающая помощь раненым ополченцам ДНР и ЛНР в столь широком объёме. Мы были бы рады, если бы и другие организации, движения и партии присоединились к оказанию помощи раненым, так как наши материальные возможности всё-таки весьма ограничены.

Конечно, всю эту работу невозможно было бы проводить, если бы не помощь наших волонтёров, замечательных петербургских врачей, с которыми мы тесно сотрудничаем и, конечно, помощь тех россиян, которые материально поддерживают нашу работу своими пожертвованиями.  

И, наконец, третье направление – помощь беженцам.

Что касается проблем, то их много. Ведь государство до сих пор не оказывало и не оказывает движению «Новороссия» никакой материальной поддержки. Приходится рассчитывать только на самих себя и на поддержку россиян. Кстати, на уровне муниципальных образований и районных администраций к нашей работе относятся весьма сочувственно. На высоком же государственном уровне – как бы «не замечают»…

А между тем движение Игоря Стрелкова оказывает государству существенную помощь. Мы же не только отправляем гуманитарные грузы в Новороссию – а это уже само по себе огромная работа – мы реально помогаем стабилизировать внутреннюю обстановку в России, принимая на себя часть забот о беженцах с Украины. Например, в Петербурге наше движение регулярно, раз в две недели, выдаёт семьям беженцев продовольственные наборы. Снабжаем нуждающихся предметами гигиены, постельными принадлежностями, помогаем людям найти работу и крышу над головой. У меня на столе лежит целая пачка благодарственных писем от беженцев с Украины в адрес Северо-Западного отделения движения «Новороссия».

 

- Новороссия, как известно, стала тем лезвием, которое разделило «белый» лагерь на две непримиримые половины. Чем, как Вам кажется, объясняется этот раздел и та антирусская позиция, которую ныне заняли наши оппоненты?

- Я вовсе не считаю, что Новороссия якобы «разделила» Белых. Наоборот: война всех расставила на свои места. А Белых Новороссия – объединила. Для всех нас события в Новороссии стали проверкой на идейную стойкость, на верность Белой Идее. Вообще Новороссия – это экзамен для русских патриотов на моральную и психологическую готовность бороться за национальные интересы русского народа не на словах, а на деле.

Война показала «кто есть кто». Белые остались Белыми. А вся накипь, пытавшаяся подзаработать политический капитал на православно-патриотической волне и крутившаяся вокруг популярной в последние время темы Белого движения – эта накипь отвалилась.

Заметьте, что в самом Вашем вопросе кроется противоречие. Вы говорите об антирусской политике каких-то «наших белых оппонентов». Но Белое движение не может нести в себе антирусской политики в принципе. Наше движение изначально и неизменно – национально-русское, имперское и глубоко христианское. Всякая попытка трактовать Белое Дело как-то иначе – заведомая ложь и фальсификация. Там, где есть что-то антирусское, где ведётся работа на расчленение России, где кричат «москаляку на гиляку!» – там не может быть ничего русского и ничего Белого.

Нужно признать, что Майдан ввёл какую-то часть русской антикоммунистической общественности в состояние идеологического ступора. Но нас новая февральская революция в заблуждение ввести не смогла. Ведь Русский Обще-Воинский Союза, можно так сказать – братство профессиональных контрреволюционеров. И мы очень хорошо знаем, что там, где на территории нашего Отечества выкрикивают слово «революция», там дело неизменно заканчивается самой оголтелой русофобией. Спектаклями типа сноса памятников Ленину нас не проймёшь и не обманешь. С какой стати Белые должны поддерживать украинствующих экстремистов только за то, что те сносят памятники Ленину? Вот социалистка-революционерка Фанни Каплан – так та самого Ленина застрелила! И что же, Белые должны ратовать за Каплан, объявлять эту революционерку своей героиней? Чушь! Сегодня на Украине одни русофобы сносят памятники другому русофобу – только и всего.

Не нужно обольщаться относительно того, что Запад де заинтересован в каком-то демонтаже коммунистического наследия. Никогда Запад в этом заинтересован не был. Наоборот! Потому и отказался реально поддержать Россию в 1918-1922 годах в её борьбе с большевизмом, в надежде, что большевизм окончательно разложит и отбросит назад набиравшего силу конкурента – Российскую Империю.

Уже в XXI веке самые известные и авторитетные русские антикоммунистические организации по инициативе РОВСа неоднократно обращались в международные организации – Парламентскую ассамблею Совета Европы (ПАСЕ) и Организацию по безопасности и сотрудничеству в Европе (ОБСЕ) – с предложением решительно осудить теорию и практику коммунизма, так же, как это было сделано на Нюрнбергском процессе в отношении национал-социализма. Например, в июле 2006 года мы направляли в ПАСЕ официальное обращение под заголовком: «Русские – в поддержку международного осуждения коммунизма». Текст этого обращения и сейчас можно найти в интернете на русском и английском языках. Но Запад не заинтересован в том, чтобы по-настоящему осудить коммунизм: дальше косметических полумер, не выходящих за рамки решений ХХ Съезда КПСС, дело не идёт.

И понятно, почему. Во-первых, в отношении коммунизма у Запада рыльце в пушку. Ведь сама коммунистическая идеология – порождение западной цивилизации. А кроме того, все прекрасно помнят, что западные демократии в не столь отдалённую эпоху преспокойно сотрудничали с тоталитарными коммунистическими режимами, да и сегодня во многих европейских парламентах заседает немало бывших и даже действующих марксистов. Во-вторых, Западу очень удобно делать вид, что коммунизм – явление «российское» и всю вину за преступления международного коммунизма – валить на русских. Поэтому реально коммунистические преступления во всей их полноте сможет осудить только народ, который более всего пострадал от большевицкого геноцида и первым в ХХ веке поднялся на борьбу с красной чумой – русский народ.

Мне посчастливилось тесно общаться и вести совместную работу со старыми офицерами РОВСа, в том числе с непосредственными участниками Белого движения 1917-1922 годов. Знаете, почему все они приветствовали падение коммунистического режима в 1991-м, но крайне отрицательно отнеслись к пришедшим на смену КПСС «демократам»? Конечно же, потому, что новоиспечённые «демократы», вышедшие из обкомов КПСС и ВЛКСМ, реально спустили на тормоза процесс очищения страны от коммунистического наследия. Но ещё и потому, что «новые хозяева» целенаправленно ослабляли мощь Вооружённых Сил и военно-промышленного комплекса нашей страны. А это происходило на протяжении всех девяностых годов ХХ века и вплоть до начала десятых годов века ХХI-го.  

Мне неоднократно приходилось слышать от старых офицеров РОВСа, приезжавших в Россию: «Запомните, на Западе друзей у России нет. Западу никакая Россия не нужна – ни монархическая, ни коммунистическая, ни демократическая, потому что Россию там воспринимают, как конкурента и геополитического противника. Поэтому Русская Армия всегда должна быть максимально боеспособна к отражению агрессии – как со стороны Китая, так и со стороны США. Рано или поздно они попытаются воспользоваться временной слабостью России…» Как мы видим, времена, о которых говорили наши старшие соратники по РОВСу, сегодня настали.

 

- К сожалению, на нынешнем этапе, мы подчас можем видеть разделение уже среди вчерашних товарищей по оружию, предательство уже с их стороны. И отчего, на Ваш взгляд, происходит такое перерождение?

- Я так понимаю, что Ваш вопрос о предателях относится к тем лицам, которые когда-то находились на нашей стороне, а сегодня активно и целенаправленно льют грязь на Стрелкова и стрелковцев? Ну, так нынешняя война в Новороссии ничего нового в этом плане не явила: в основе предательств всегда лежат самые низменные чувства – личная корысть, зависть или желание скрыть собственную подлость с помощью совершения новой подлости.

В области человеческих взаимоотношениях ничто в мире не ново. Предатели существовали во все времена. Вот, Стрелкова и славянцев всё время сравнивают со спартанцами, защищавшими Фермопилы. Но ведь и мужественный царь Леонид с тремястами спартанцев были преданы изменником Эфиальтом. Да что спартанцы: среди учеников Христа нашёлся Иуда…

 

- Мне это явление (с поправкой на определённую примитивизацию) кажется сродни тому, как в эмиграции некоторые офицеры, ещё недавно сражавшиеся с большевиками, вдруг начали работать на ГПУ и свои же соратников сдавать чекистам. Согласны ли Вы с таким сравнением?

- Увы, были предатели и среди бывших белых – все эти Устряловы, Скоблины, Андрушкевичи, Йорданы, «сменовеховцы», «совпатриоты», «красные кадеты»… Нашлись в русской эмиграции и такие, кто по заданию большевиков поливал грязью Белых вождей и РОВС, прикрываясь якобы «идейностью». Вообще эмиграция с её несбывшимися надеждами, идеологической разобщённостью, изоляцией от родной земли и вечной материальной нуждой – оказалось благодатной почвой для работы коммунистических спецслужб. И личности духовно слабые, идейно нетвёрдые – ломались. Тем ярче жизненный подвиг тех, кто не только во время Гражданской войны, но в беспросветных условиях изгнания сохранил верность Исторической России, знамёнам Белой борьбы и своим командирам – до конца. И таких людей среди Белых было абсолютное большинство.

 

- Почему Стрелков и «стрелковцы» стали объектами такой ожесточённой, массированной травли?

- Потому, что Стрелкова боятся и ненавидят те враждебные Русскому миру силы, которые вчера совершили переворот в Киеве, а завтра собираются захватывать власть в Москве. Стрелковцев не просто «массированно травят», но и убивают. Вся страна знает о судьбе «Бетмана» и Алексея Мозгового – это только из наиболее известных. А я могу назвать и менее известных, но не менее преданных России и Новороссии стрелковцев, подло убитых, брошенных в подвалы «своими» или просто вынужденных уйти из Новороссии.

Против России развязана война на уничтожение. А учитывая, что Российская Федерация остаётся великой ядерной державой, Запад вряд ли решится на прямое столкновение с русскими. США постараются воевать чужими руками и свалить Россию путём организации переворота, как это они уже делали в других странах. Вот тут возникает вопрос: кто может организовать и оказать реальное сопротивление грядущему «российскому майдану» – этой новой антироссийской революции в интересах Запада?  

Исторический опыт учит тому, что армия, настроенная на отражение внешней агрессии – в этом её основная функция – оказывается бесполезной в борьбе с внутренним врагом. Вспомним Российскую Империю в 1917-м, Советский Союз в 1991-м или ту же Украину в 2014-м. Во всех этих случаях перед лицом государственного переворота Вооружённые Силы оказывались бессильны. То же можно сказать и о силовиках МВД. Остаются спецслужбы, но они-то, как показывает тот же исторический опыт, при подобных обстоятельствах являются наиболее слабым звеном: вместо того, чтобы спасать страну, большинство их представителей начинают спасать собственно себя, заранее подыскивать «запасные аэродромы» – они же «профессионалы»! – и работать на противника. Что и произошло с КГБ СССР в 1991-м, а с СБУ в 2014-м.

Ясно, что в условиях реального госпереворота никакие «Антимайданы» не спасут: в мирное время подобные движения могут изображать работу, могут тянуть на это государственные ресурсы, но при первых выстрелах такая публика разбегается.

Действенное сопротивление способно организовать и возглавить относительно небольшое число людей, обладающих пассионарностью, решимостью, определённым опытом, умеющих держать в руках оружие и лично замотивированых на защиту страны. Славянск выявил таких людей, словно лакмусовая бумажка. Их имена сегодня знает почти вся страна, и именно эти люди во главе с Игорем Стрелковым сейчас подвергаются травле. Это, как артподготовка перед атакой. Прежде, чем пойти на штурм, артиллерия предварительно подавляет огневые точки. А славянцы – это и есть те самые «огневые точки», которые потенциально способны прикрыть Россию.

 

- С каким историческим моментом Вы могли бы сравнить нынешнюю ситуацию в Новороссии и России, и каков Ваш прогноз развития событий?

- Мой прогноз развития событий на Украине и в России в целом был дан ещё за десять лет до начала этой войны – в 2004-м и 2005-м годах. Тогда Русский Обще-Воинский Союз опубликовал официальные заявления «Грозные события на Украине» (2004 г.) и «Развитие грозных событий на Украине» (2005 г.), в которых изложил свою точку зрения на происходящие в Киеве события и перспективу их развития.  

К сожалению, мы оказались очень хорошими прогнозистами: все наши опасения об использовании Западом Украины в качестве передового плацдарма для начала военной агрессии против Русского Мира – исполнилось. Тогда же, десять лет назад, я подчёркивал, что Украине в этом дьявольском сценарии будет уготовлена незавидная роль – пушечного мяса. Ровно так всё и произошло.

Что касается исторического момента, с которым можно было бы сравнить нынешнюю ситуацию в Новороссии и России, то весной-летом 2014-го года аналогия напрашивалась сама собою. Эпопея стрелковцев в Славянске, вся атмосфера тех месяцев, уж очень напоминали события 1-го Кубанского похода 1918 года. Славянск всколыхнул весь Русский мир, он стал тем самым «светочем, в охватившей Россию тьме», о котором когда-то писал генерал Алексеев, символом возрождения национального самосознания нашего триединого народа. Символично и то, что отправной точкой нового похода для нас, членов РОВСа, как и девяносто шесть лет назад для наших предшественников, стал Ростов-на-Дону.

Часто сравнивают нынешнюю гражданскую войну с Гражданской войной в Испании. Я, пожалуй, соглашусь с этим сравнением, с той принципиальной оговоркой, что войну в Испании пора бы перестать рассматривать через кривые очки большевицкой пропаганды. Ведь советский агитпроп традиционно изображал события 1936-1939 годов на Пиренейском полуострове, как столкновение неких «прогрессивных сил» с «фашизмом», что имело мало общего с действительностью.

На деле «прогрессивные силы» (республиканцы) – являлись причудливым конгломератом из оголтелых революционеров и богоборцев всех мастей, где главную роль играли  анархисты, троцкисты и сепаратисты – басские и каталонские. Как и положено революционерам, испанские республиканцы вечно грызлись между собой и время от времени убивали друг друга в борьбе за власть и влияние. Эту гремучую ультрареволюционную смесь активно поддерживал «демократичекий» Запад и либералистический сброд со всего мира. И в эту же «милую» интернациональную компанию затесался главный тогдашний поставщик революций – Советский Союз, поставлявший республиканцам горы оружия и военных специалистов, действовавших под видом «добровольцев».    

А со стороны Национальной Испании действовали полярно противоположные силы – сторонники сохранения единого государства и традиционных христианских ценностей. Та же ситуация, что в России в 1917-1922 годов – патриоты против интернационалистов. Генералу Франко пришлось спасать от окончательного падения свою страну, заведённую на край пропасти революционными экстремистами и раздираемую на части своими местными «украинцами»…

Знаете, в своё время я довольно глубоко изучал историю гражданской войны в Испании, анализировал первоисточники, штудировал военно-научные и исторические исследования, прочёл десятки мемуаров участников, сражавшихся на той войне по разные стороны баррикад. У меня подобралась целая библиотека по этой теме, а для того, чтобы работать с источниками, пришлось даже заняться изучением испанского. И как-то раз мне попались на глаза слова генералиссимуса Франко, в одной фразе выразившие всю суть той войны. Я воспроизвёл их в кратком очерке по истории РОВСа. С тех пор эти слова каудильо цитирует чуть ли не каждый отечественный исследователь, пишущий о белых русских добровольцах в Испании. И это правильно. «Наша война – это война религиозная, – говорил Франсиско Франко, – мы все, кто боремся, христиане и мусульмане, мы солдаты Бога, и мы воюем не против других людей, а против атеизма и материализма…»

То же самое могу сказать и о нашей борьбе в Новороссии, особенно о том его этапе, который проходил под командой Стрелкова. Мы сражались не только за Россию и славянство, в первую очередь, мы сражались за Божье Дело, против дела поистине сатанинского. А современный Запад, то, во что он выродился – это, несомненно, продукт сатанинского дела. Именно поэтому я говорю о схожести двух гражданских войн – в Испании в 1936-1939 и нынешней войны в Новороссии.

Кстати, очень символичным стал тот факт, что 4 декабря 2014 года Национальный Фонд Франсиско Франко (Королевство Испания) присудил Русскому Обще-Воинскому Союзу звание Почётного Члена Фонда. Это стало признанием заслуг русских Белых добровольцев, сражавшихся за Национальную Испанию, но в какой-то мере, наверное – и заслуг нынешних членов РОВСа, не уронивших идейного знамени своих предшественников. Сожалею, что по понятным причинам политического характера (увы, нынешняя проамериканская, либералистическая Испания – не то христианское государство, за которое сражался Франко и Белые добровольцы) я не смог откликнуться на приглашение прибыть в Мадрид, чтобы лично получить диплом из рук самой Марии Дель Кармен – дочери каудильо и почётной председательницы Национального Фонда Франко… Сейчас этот диплом висит у меня на стене.

Ну, а если продолжить поиск исторических параллелей, то нынешняя военно-политическая ситуация чем-то напоминает предвоенные месяцы 1941-го. Прежде всего, своей атмосферой: уже скользит по карте в сторону Москвы, Ленинграда и Киева карандаш генерал-фельдмаршала Браухича, уже сосредотачиваются на западной границе страны танки генерала Гудериана и вовсю ведут разведку над приграничными районами СССР самолёты Геринга… А Советский Союз всё ещё поставляет на Запад стратегическое сырьё… Сталинская пропаганда всё ещё талдычит о нерушимой дружбе с Гитлером, о сотрудничестве с германскими партнёрами, о том, что война в Европе – это где-то далеко, а у нас войны с Германией не может быть… А тот, кто в это время говорит о надвигающейся катастрофе, о том, что страна находится уже в шаге от большой войны и необходимо принимать решительные меры для отражения начинающейся агрессии – немедленно объявляется врагом народа и отправляется в подвал НКВД… 

Вот и сегодня на пороге нашего дома стоит большая война. И война может этот порог переступить, как только падёт бастион «Новороссия». Ведь не для того США затевали государственный переворот и гражданскую войну на Украине, чтобы теперь остановиться на полпути! Уже слишком много усилий затрачено на борьбу против России. А правящая элита, силовые структуры и пропагандистская машина Российской Федерации сегодня так же не готовы к реальной борьбе за страну, как не был готов к обороне Донецк до прихода славянцев…


Возврат к списку


    
Система электронных платежей