Юрий Болдырев в программе "Народный интерес". Выборы прекращены

16.03.2012

Юрий Болдырев в программе "Народный интерес". Выборы прекращены

Татьяна Федяева: Добрый день, дорогие радиослушатели! В эфире передача «Народный интерес». Ведущая Татьяна Федяева. Сегодня у нас в студии Юрий Болдырев. Здравствуйте, Юрий Юрьевич.

Юрий Болдырев: Здравствуйте!

Татьяна Федяева: Мы впервые с Вами встречаемся после выборов. Какие ощущения? Выборы закончены, проблемы остаются? Или какие-то проблемы ушли?

Юрий Болдырев: Я бы сказал, скорее, выборы прекращены. Я бы так это сформулировал.

Татьяна Федяева: В слове «прекращены» есть такой насильственный оттенок...

Юрий Болдырев: Да, я именно это имел в виду.

Татьяна Федяева: Прекращены кем? И почему, зачем?

Юрий Болдырев: Видите ли, в чем дело. Все-таки если власть чувствует реальный перевес сил, то зачем ей создавать всю эту дикую колоссальную машину «открепительных талонов», создание новых участков за два-три дня до выборов? Этих «карусельщиков», которых возят автобусами. Зачем? Мой-то вопрос совсем простой.

Если это такая всего лишь «подстраховка», если и так всё хорошо, то, конечно, надо сказать, что это оказывает очень плохое воздействие на тех людей, которые в этом участвовали. Это колоссальное растление, развращение огромного количества людей, которые принимали в этом участие.

А если это не «подстраховка», а то, что сыграло реальную роль в том, чтобы не допустить второго тура? Тогда надо понимать, что какими бы благими намерениями ни была вымощена вот такая дорога (вымощена таким методами), власти придется все последующие шесть - или сколько ей отведено - лет прилагать усилия прежде всего к тому, чтобы оказывать жесткое давление на всех, кто знает, каким образом эта «победа» на самом деле получена.

Татьяна Федяева: Это будет очень сложно, потому что людей, которые все это знают,  очень много,.

Юрий Болдырев: Во первых, их очень много. А во-вторых, ведь и ситуация в мире  обостряется. Как-то в пылу предвыборной борьбы мимо общественного сознания прошли многие события. Европейский союз в качестве законной власти признал в Сирии эти вот самые  «оппозиционные отряды». Что это означает? Вдумайтесь! Сирия это не просто дружественное к нам государство. Сирия это государство, в котором размещена наша военная база. Так вот, Европейский союз, который считается нашим стратегическим партнером, в данном случае — уж не знаю как, с санкции или под давлением США, — развязывает гражданскую войну в стране, в которой находится наша военная база. Он признаёт в качестве законной, легитимной власти в этой стране повстанческие отряды, которые собираются, я так понимаю, бороться против законной власти. А что наши военные базы в таких условиях? Какие-то представители МИДа уже поспешили заявить, что Россия не обязана оказывать Сирии содействие. Это при том, что в советское время нас связывал договор о дружбе, сотрудничестве и, если я ничего не путаю, о взаимопомощи в случае военного нападения. А то, что делает ЕС, по существу это объявление войны законным международно-признанным властям Сирии.

Татьяна Федяева: Нашим партнерам?

Юрий Болдырев: По-существу, косвенно, - нашим партнерам, с которыми мы связаны договором еще с советских времен. Я всех деталей не знаю. Насколько мне известно, у нас не было оснований разрывать этот договор. А мы все-таки наследники Советского Союза. По-существу, таким образом, косвенно объявляется война нам. Давайте вдумаемся, что происходит.

В этих условиях, казалось бы, все национально-ориентированные силы в России должны сплотиться. А что получилось на выборах? На выборах столкнулись разные силы. С одной стороны — нынешняя власть, а с другой стороны — разные другие силы. Перед кем власть сейчас (в ходе избирательной кампании и теперь) делает главные реверансы? Кого она своими, условно скажем, марионеточными структурами раскручивает как якобы оппозицию? Прежде всего — прозападные, проолигархические силы.

При том что вы посмотрите, что показало голосование … Ну, предположим... Отставим в сторону все фальсификации, все эти автобусы, которые строем привозили на голосование по много раз. Предположим, это получился «честный результат». Даже если предположить, что это «честный результат»: 64 процента у Путина. Еще 17 у Зюганова плюс еще 3-4 у Миронова — это голоса за «левые» силы. И там 6-7 у Жириновского — это специфический контингент, но, так или иначе, люди-то, голосовавшие, это люди национально-ориентированные. Т.е. не менее четверти голосов — это голоса национально-ориентированные.

А какая часть голосов, отданных за Путина, национально-ориентированная? Мы сейчас можем только вопросительный знак поставить. Но посмотрим, кто были ключевые доверенные лица, которые выдвигались на первый план у Путина? Прежде всего, режиссер Говорухин. По-разному можно к нему относиться, но это человек, который всегда декларировал некую национальную ориентацию. Да, «государственник» и т.д. Сергей Глазьев. Я не разделял его надежд, но, тем не менее, он согласился стать доверенным лицом Путина . Это человек, который известен как жестко национально-ориентированный. Нарочницкая — православный ученый. Тоже я не все взгляды разделяю. Тем не менее, это человек национально-ориентированный по своей риторике. Дальше идем. Кургинян — с совсем просоветской и антизападной риторикой. Дальше. Тот же Хазин, который стал заявлять, что он поддерживает Путина и т.д. — он был раскручен как ярко выраженный антилиберал. Т.е., обратите внимание: даже Путин как свое «лицо» выставлял всюду силы национально-ориентированные.

Татьяна Федяева: В основном, скажем так.

Юрий Болдырев: Да. А при этом реверансы-то в чью сторону осуществлялись? В основном, реверансы были в пользу прозападных сил и проолигархических. Вот вы посмотрите: начиная с Кудрина, который «ценный член команды» и не будет брошен, ему работа будет найдена. Дальше — Явлинский. Что мы людей Явлинского обязательно возьмем. И дальше… Обратите внимание на два важных совещания. Одно совещание — одной «головы тандема», Медведева ,— с так называемой «несистемной» оппозицией. Кто рядом с Медведевым? Руководитель «Яблока» Митрохин. Другое совещание — в Сарове Путин проводит по проблемам оборонно-промышленного комплекса. Кто по правую руку Путина сидит? Опять же, представитель «Яблока» Арбатов. И так далее. Обратите внимание: с одной стороны, нас вроде убеждали, что «Путин защищает нас от оранжевой угрозы», а с другой стороны, смотрите, вся эта «оранжевая угроза» ведь раскручивалась, в том числе, СМИ подконтрольными власти.

Татьяна Федяева: А Вы еще обратили внимание, кто по опросам признан в это время наиболее влиятельными людьми России? И наиболее влиятельным, «номер один» оказался Кудрин. Признан не нами с Вами, безусловно. Т.е. это говорилось в СМИ, это вбивается в сознание.

Юрий Болдырев: Вы правы. Люди недопонимают, что то же «Эхо Москвы», которое в период декабрьских митингов было не просто информационным «спонсором» (если  прослушаете — есть же в архивах все записи), а по существу - коллективным организатором этих митингов на Болотной и т.д.. Это же радиостанция через «прокладку» «Газпрома» подконтрольная этой же власти! Т.е., они раскручивали нам «оранжевую угрозу» для того, чтобы представить себя защитниками от этой «оранжевой угрозы». Основная масса населения голосовала за Путина как за силу патриотическую, защищающую нас от прозападных, олигархических, «оранжевых» и прочих сил. А что мы теперь получаем? А теперь мы получаем, что все кудрины, скорее всего, останутся, найдут «теплые места». Все христенки, все голиковы, все сердюковы, все чубайсы, все кириенки, игнатьевы, улюкаевы и т.д. — все, скорее всего, так или иначе останутся при теплых местах. Это те, кто на протяжении уже двух десятков лет проводит политику, с моей точки зрения, ярко выраженную антинациональную политику, ту, за которую как раз наши граждане не голосовали. И получается, что люди как будто бы проголосовали за силы либо левые, либо национально-патриотические, воспринимая и Путина как защитника от «оранжевой угрозы», а оказываемся-то мы прямиком в лапах этой самой по существу «оранжевой» силы.

Татьяна Федяева: А как тогда воспринимать эти митинги этой самой силы уже после выборов?

Юрий Болдырев: Если честно, я воспринимаю это как продолжение незатейливой игры. Потому что, смотрите, о чем старались ни в коем случае не говорить во время избирательной кампании? Я был доверенным лицом Геннадия Зюганова. На что я везде, где мог, старался обратить внимание? Какие ключевые вопросы сейчас перед нами? Присоединение к ВТО. Смотрите, в декабре подписаны документы, но до самых президентских выборов они так и оставались практически тайной за семью печатями. Официальных документов для ратификации депутаты так и не получили.

И понятно, почему не получили — потому что это скандал! А посмотрите,  какой рубильник теперь после выборов включен: уже пошли публикации о том, что якобы какие-то лоббисты ходят по Думе и пытаются плести какие-то интриги против ВТО — «вот негодяи!» Т.е., была избирательная кампания, была возможность обсудить ключевые проблемы нашего будущего. Я везде, где мог, ставил вопрос о ВТО, о том, что сегодня ключевая проблема: «Никакого ВТО без референдума!» Власть категорически уходила от обсуждения этой ключевой проблемы. Это же вопрос радикального ограничения суверенитета России! А сейчас уже включается волна на тему о том, что вот какие-то нехорошие люди мешают нам вступать в ВТО, какие-то лоббисты «подлые», наверное, «купленные Западом» и т.д.

И смотрите, уже как разворачивается ситуация. Вот в условиях этой, с моей точки зрения, крайне неприличной избирательной кампании, из пяти кандидатов — ну, один вроде как «победил» — трое тут же поспешили признать победу Путина. Один Геннадий Зюганов не признал. Так вот уже пошли публикации вплоть до того, что «…оказывается, вот оно что, это Геннадий Зюганов у нас прозападная сила! Это вот он работает на Запад!»

Татьяна Федяева: Это просто сюр!

Юрий Болдырев: А это и есть вот та самая ложь, которая настолько должна быть ложь, чтобы она была абсолютно чудовищной.

Татьяна Федяева: Чем чудовищнее ложь, тем быстрее в нее поверят...

Юрий Болдырев: Да. Тот, кто из последних сил ставил вопрос: «Люди! Остановитесь! Стоп ВТО! Обратного пути же уже не будет!» — теперь оказывается, что вот он и есть «прозападный».
Что меня беспокоит сейчас в сегодняшней ситуации больше всего: у меня есть, честно скажу, подозрение, что произошел очередной сговор. Все ведь понимают, что выборы не честные. Все понимают, что были масштабные махинации. И я боюсь, что достигнута договоренность о том, что Запад посмотрит на это сквозь пальцы и так «через губу» признает. Но ведь никогда не бывает так, чтобы это было «просто так». В 1993-м  ельцинский переворот был признан не просто так, а за очень масштабные стратегические уступки, включая Соглашение о разделе продукции (Ельцин подписал указ), включая массу всего. И как бы не случилось и сейчас, что за нашей спиной достигнуты какие-то договоренности. Я не утверждаю, что это есть. Но  очень подозреваю это.

Я скажу, что подозреваю. Подозреваю, что в ответ наши должны будут сдать Сирию. Я подозреваю, что в ответ наши должны будут сдать Иран. Я подозреваю, что в ответ реально в Ульяновске появится чуть ли не полномасштабная военная база НАТО — то, о чем многие сейчас говорили. Я подозреваю, что сейчас действительно «нагнут» парламент и тихо-тихо осуществят ратификацию, присоединение к ВТО. Т.е. будет осуществлен целый комплекс действий, которые сделают наше отставание, ослабление и зависимость от Запада радикально более необратимыми.

Я бы хотел ошибиться. Я не клеветник. Я бы очень хотел ошибаться. Если бы я ошибся, если бы выяснилось, что сейчас вновь избранный президент восстанет во весь рост и скажет: Всё! Стоп, хватит! Срочно поставляем Сирии ракеты С-300 и всерьез Сирию защищаем. Мы видим, что осуществляется агрессия. Мы не допустим. Договариваемся с Китаем и вместе Сирию защищаем. Надо проводить в Сирии демократические реформы? Давайте проводить, постепенно, поэтапно, спокойно, по конституции (там это уже и делается). Давайте. Но только без гражданской войны, без агрессии со стороны Запада, и, разумеется, без выбрасывания нашей военной базы. Первое. Второе — Иран — то же самое. А почему это несколько лет назад ведь уже случилось, что Россия отказалась поставлять в Иран оборонительное (!) оружие, ракеты С-300, со ссылкой на «санкции ООН». Санкции ООН не имеют никакого отношения к оборонительным ракетам С-300. Они имеют отношение к тому, чтобы так же, как Ливию, размолотили с воздуха, чтобы Иран не могли вот так размолотить с воздуха! Вот если бы сейчас Путин встал во весь рост и сказал «Всё, хватит! Поставляем в Иран ракеты С-300. Заключаем стратегический союз». Уже жизнь просто подталкивает: Россия-Иран-Китай. Потому что, если Иран сдадим, дальше размолотят и нас. Мы это должны трезво понимать.

Дальше. «Давайте, раз уж такой вопрос. Да, мы долго боролись» — это я говорю то, что  хотел бы услышать от Путина, если он действительно национально-ориентированная сила. «Да, мы долго боролись за вступление в ВТО, но допущены серьезные ошибки. А может быть, не ошибки, но всё это было не публично и не нормально. Давайте сейчас всё это опубликуем, включаем на полную серьезную дискуссию, и выносим вопрос на референдум. Давайте убеждать наш народ, что вступление в ВТО на этих условиях нам выгодно. Давайте!».

Я перечислил буквально всего вот три пункта. Уж не говорю о том, что нога натовского солдата не должна ступать на российскую землю! Какие там перевалочные базы или военные базы в Ульяновске!? Т.е. вот это всё я хотел бы сейчас услышать.

Вы знаете, почему у меня мало на это надежд? Потому что выборы закончились, а «зачистка» продолжается. Слушатели «Народного интереса», наверное, примерно  представляют мои взгляды: сколько лет мы уже общаемся… Я могу быть вредным, у меня может быть плохой характер, меня могут не любить властители, но они должны признавать, что моя позиция — это позиция национально-ориентированная. Никуда не деться. Если эта позиция нужна Родине, хотелось бы иметь возможность доводить её до людей. Но…

Перед выборами «Литературная газета», что называется, отказалась от моих услуг. А буквально вчера от дальнейшего сотрудничества отказалась интернет-газета «Столетие». Вот на сайте «Столетие» так и висит моя последняя статья. Она заканчивается тем, что «…следующая статья выйдет на следующий день после выборов». «Следующий день» наступил, наступил еще один день, а она так и висит. Всё! Следующая статья уже не выйдет. Самое печальное, что читателям «Столетия» даже не имею возможности объяснить, что это не я прервал сотрудничество. В связи с тем, что «Литературная газета» отказалась от сотрудничества, я перенес свою колонку в «Гайдпарк».

Соответственно, если кто-то из читателей «Столетия» нас слышит: вот это та самая статья, которая последняя и не была вывешена. Первая часть - это была оценка выборов. Кстати, оценка более мягкая, чем я говорил сейчас, но с постановкой ряда ключевых вопросов, вот этих самых сомнений: так мы, якобы победив «оранжевую угрозу», будем дальше проводить национально-патриотический курс, национально-ориентированный курс? Или, якобы покончив с «оранжевой угрозой», мы развязали себе руки, чтобы еще более «оранжевый», прозападный, проолигархический курс проводить дальше?  Если первое, то, казалось бы, таких, как я, не нужно выбрасывать из, условно скажем, национально-ориентированных СМИ. А вот если мы хотим под прикрытием того, что мы с «оранжевой угрозой» покончили, на самом деле срочно-срочно сдать ключевые стратегические позиции России, и шесть лет потом нас не трогай (для чего до шести лет президентский срок и увеличили), то, наверное, всякого, кто высказывает сомнения, надо вычищать — жестко вычищать. К сожалению, курс взят на второе.

Если «Гайдпарк» пока не будет прикрыт, то я буду стараться публиковать там. В том числе, и ответы на вопросы предыдущих комментаторов «Столетия», я, видимо,  опубликую на «Гайдпарке». Посмотрим, что будет дальше. Но, похоже, зачистка ужесточается.

Татьяна Федяева: Вот перед самыми выборами: стук в дверь, открываю дверь, стоит молодой человек, предъявляет мне документы: «старший уполномоченный уголовного розыска». Что он у меня искал? «Вот Ваш сын где-то на несанкционированном митинге был, я пришел проводить беседу. А вообще вот Вы как относитесь?» — «Я за Родину». Понимаете, у меня такое ощущение, наверное, приходили не только к нему, не только ко мне. Может быть, вот это общая операция устрашения? И кстати... Я только говорю о том, что испытала на себе. Прихожу голосовать. Я не хочу подвергать сомнениям — будем считать, что там всё было честно. И вот эта кабинка. Нам же как сказали: будут веб-камеры. А перед этим на многих предприятиях многие руководители говорили: как вы проголосуете, мы все равно узнаем. Люди же разные. Я могу выйти на площадь и сказать, как проголосовала. Но имею право и не говорить этого. И когда подошла к кабинке, увидела, что вокруг этой кабинки упорно ходит и ходит человек, ходит и ходит. Что этому человеку надо? Может быть это больной или еще какой-то. Мне кажется, это такая общая мелкая операция устрашения. И страх уже входит в людей. Вы не чувствуете этого?

Юрий Болдырев: Вы знаете, тут две стороны вопроса. Одна сторона: идеально ли демократично или просто приемлемо ли демократично были проведены выборы. Ну, для меня очевидно, совершенно очевидно: не демократично. Но даже это для меня все-таки не главный вопрос, честно скажу. Т.е. конечно, мне не нравится недемократический метод. Но если бы недемократический метод был повернут, в конечном счете, почему-то в интересах моей страны, то я бы, наверное, смирился. Более того, я, наверное, смирюсь, если увижу дальше шаги в интересах страны, в интересах укрепления, в интересах развития, в интересах укрепления обороноспособности, в интересах поддержки союзников — тех, кто просто объективно оказывается союзником в условиях этого страшного наступления (того, что сам же Путин назвал «крестовым походом»). Но, к сожалению, пока я вижу реверансы совершенно в противоположную сторону.

Вот тот же Сергей Глазьев был доверенным лицом Путина. Геннадий Зюганов тоже заявил Сергея Глазьева в своей команде. Он заявил так: да, у нас были конфликты, разногласия и т.д., но мы не делим людей на своих и чужих. Вот он сильный специалист, национально-ориентированный человек, значит, мы его приглашаем на ключевой пост — председатель центрального банка - с тем, чтобы повернуть финансовую систему на службу Родине. И дальше еще у нас идея была, что и над Глазьевым с Центробанком  был бы еще и национальный банковский совет. Не в том виде, как сейчас, когда там одни финансисты и представители банковского, страхового сектора и т.д. сидят, а там должно быть большинство представителей реального сектора экономики, авиастроения, судостроения, биотехнологии… Ну, хорошо, Зюганов проиграл, Путин, предположим, победил. Но будет ли Путин делать что-то подобное или Глазьева бросит куда-то на третьестепенные роли, чтобы не светился и не было его видно, а определять всё опять будут Чубайс, Кудрин, «гайдаровцы» Улюкаев, Игнатьев и т.д.? Вот ведь ключевой вопрос.

Это вопрос не выборов. Это вопрос: почему мы поддались на новые посулы, уже зная, что делалось до сих пор? И второе: есть ли у нас хоть малейшие основания рассчитывать на «нового Путина»? Мы бы все хотели. Но есть ли хоть какие-то основания?

Татьяна Федяева: Юрий Юрьевич, а может быть есть смысл поговорить вообще о роли СМИ? Есть ли у нас именно информация, а не пропаганда? Мы же видим, сколько чему отдавалось времени и места в СМИ. Примем звонок, а потом продолжим. Пожалуйста, одна минута, говорите.

Радиослушатель: Здравия желаю! Сергей Борисович тревожит. Вопросы такие. Юрий Юрьевич, не могли бы Вы ответить, что делала православный историк Нарочницкая на ранчо у Буша вместе с Путиным во время полуофициального визита (где-то в 2006-2007)? Второй вопрос: чем занимался С.Ю.Глазьев в 1992 г., будучи в министерстве внешнеэкономических связей в правительстве кровавого палача Ельцина-Гайдара? И третий вопрос: почему Вы не ответили на записку на встрече в «Библиоглобусе», которую я Вам направил, насчет 15-й статьи ч.4 Конституции? И последний вопрос: зачем Вы во время дебатов с Шаймиевым, когда Вы в течении 30 секунд обращались от лица Г.А.Зюганова, опять в очередной раз напомнили про ГУЛАГ?

Юрий Болдырев: Я начну с последнего. Дело в том, что... Один мой старый знакомый, который сейчас объявился, режиссер, который когда-то меня снимал в Питере,  написал в своем блоге в «Гайдпарке» о том, что вот когда-то он меня снимал, Зюганова снимал, еще что-то… Потом он описал один интересный момент, как он снимал Зюганова в передаче «Два против одного».  После они сидели по окончании передачи, и ребята (ведущие) спросили его (режиссера): «Ну как?» — А он говорит: «Плохо! Ну что вы на него с какими-то глупостями наскакиваете?» — Они ему отвечают: «Так потому, что его ничем другим не пробить. Он же дело говорит!» — Это вот эти два парня ведущих - про Зюганова. Я отвечаю на вопрос о ГУЛАГЕ: дело в том, что всё, что говорилось в эту избирательную кампанию и Зюгановым, и его доверенными лицами, это же действительно дело, это ничем «перебить» невозможно — кроме очередных фильмов про ГУЛАГ. Поэтому я и говорил: да не бойтесь никакого ГУЛАГА, никто не собирается совершать никаких прежних страшных ошибок и т.д.

Татьяна Федяева: Т.е. сейчас в народ уже возвращают страх?

Юрий Болдырев: Людей «зомбируют». Вот уже выборная кампания прошла, но это не значит, что эти методы закончились. Эти методы будут продолжены. Я говорил о ГУЛАГЕ, что никто не собирается никого загонять в ГУЛАГ. Существо проблем совершенно другое: проводить ли национально-ориентированный и социально-ориентированный курс — или проводить курс в интересах Запада и просто встраиваться под его диктовку, и соответственно действовать в интересах наших даже не олигархов, а выгодоприобретателей от преступлений, страшных преступлений, связанных с разграблением страны?  Вот об этом речь.

Предыдущие вопросы. Первое: о Нарочницкой. Ничего не знаю, где кто был на каком ранчо и т.д. Но даже если кто-то был, то я думаю, что в этом как раз преступления никакого нет. В современном мире принято, что руководители государств встречаются —  встречаются и сами, и привлекают ученых, специалистов и т.д. — в этом нет проблемы.

Другое дело (во время избирательной кампании я это подчеркивал), нам же все время говорят: наши руководители такие патриотичные, такие хорошие, но только они «не могут», они «связаны обязательствами». И вот здесь я говорю: стоп-стоп-стоп, подробнее, пожалуйста, расскажите. Ельцин был связан обязательствами перед Западом? Хорошо. Его наследник может быть связан обязательствами -- их ему передали. Так, может быть, это тем более означает, что ради этого власть нужно просто сменить? Потому что любой следующий, приходящий как демократически избранный, никаких обязательств не имеет. Вот избрали бы сейчас Зюганова. Можно спорить, чем Зюганов лучше Путина, чем хуже, кому нос нравится и т.д. — это всё двадцать пятый вопрос. Если вы всерьез допускаете, что наши властители связаны какими-то обязательствами, так тогда главная задача была бы немедленно их сместить, заменить на кого угодно, но не связанного этими обязательствами. Это к вопросу о «беседах на ранчо». Если есть обязательства, значит, немедленно нужно от них освободиться.

А у нас получается так: для одних — «лапша» о том, что мы действуем, как хотим. А для других, для тех, кто видит, что наши военные базы закрывают, непоследовательно ведут себя с союзниками и т.д., деньги отправляют все, вырученные от нефти и газа, за рубеж на подкормку американской военной промышленности — тут нам объясняют: «вы же понимаете, мы связаны обязательствами». Так если связаны, то надо быстрей от них освободиться!

Дальше был вопрос о Глазьеве. Я работал с марта 1992 по март 1993 начальником Контрольного управления Президента. В это время Глазьев был сначала замминистра внешнеэкономических связей, а потом с какого-то момента стал министром. Я не могу сказать ничего плохого о деятельности Глазьева в тот период. Более того, когда случился ельцинский переворот, Глазьев был один из немногих, кто отказался дальше быть в команде Ельцина и в знак протеста вышел из этой команды. Поймите правильно, мне не очень нравится, мягко говоря, что Глазьев согласился быть доверенным лицом Путина. Но я допускаю, что человек может иначе оценивать ситуацию. Во всей деятельности Глазьева, которую он осуществлял, реально находясь на разных постах, я не знаю за ним ничего плохого. Ну, в данном случае мы оказались доверенными лицами разных кандидатов. Нам не пришлось дискутировать впрямую.

Татьяна Федяева: И еще был вопрос о приоритете международного права.

Юрий Болдырев: Да. Ну, мне странно, что Вы задаете вопрос. Может быть, это говорит о том, как велась избирательная кампания, что нам мало до кого удалось довести даже самые ключевые положения нашей программы? Дело в том, что ведь Зюганов меня пригласил в свой «конституционный совет». И задача создания такого совета была связана именно с тем, что одним из первичных источников всего того, что у нас происходит, является вот эта конституция, сориентированная на бесконтрольный, безнаказанный абсолютизм. А я много этими вопросами занимался. Еще когда принималась конституция, я выступал против нее. И сначала Зюганов пригласил меня в этот конституционный совет, а затем уже пригласил в доверенные лица. Так вот, на пресс-конференции в «Росбалте» (в сети выложены материалы) мы заявляли ключевые положения нашей конституционной реформы. Одно из них: безусловный отказ от нормы о приоритете международного права над российским. Я хотел бы подчеркнуть важную вещь. Сейчас мы говорили о том, признаёт Запад выборы или не признаёт и т.д. На самом деле, мы должны это фиксировать для понимания того, какую игру ведет с нами Запад. Он как бы «через губу» сейчас признал, а США даже как-то и не понятно, признали или нет. Но мы не должны быть в своих позициях каким бы то ни было образом зависимы от этого. Мы должны твердо понимать, что Запад здесь нам порядок в наших интересах точно не организует.

Приоритет международного права над российским — это на самом деле под видом цивилизованности так подано варварство: сдача своих национальных интересов, готовность поставить себя в зависимость от более сильных в мире. «Международное право» сегодня — это не то право, которое согласовано с нами, это то право, которое нам интенсивно навязывается. Там ведь есть еще такое положение: «общепризнанные нормы и принципы» международного права... И я приводил такой пример: а трактовка резолюции Совбеза ООН, которая позволила уничтожить цветущую Ливию, это не является «общепризнанным принципом» международного права сегодня?

Татьяна Федяева: А Ирак? Можно много чего вспомнить.

Юрий Болдырев: Я специально подчеркиваю: невнятная формулировка у нас в конституции про «общепризнанные принципы». Так вот, такая трактовка — общепризнанная: почти все признают такую трактовку, что можно было Ливию уничтожить — такая трактовка, оказывается, составляющая нашего законодательства? Мы обязаны признавать эту трактовку как общепризнанный принцип международного права?

Вопрос, который Вы поставили, абсолютно адекватен. Выборы прошли, а вопрос остается. Но, к сожалению, очень плохо, что избирательная кампания была таковой, что даже до Вас, человека интересующегося, нам не удалось донести, что это одно из ключевых важных положений программы, рожденных уже в ходе избирательной кампании.

Радиослушатель: Добрый день! Такой вопрос. Не является ли на сегодняшний день Путин «котом в мешке»? Т.е. пришел к власти сначала как мягкий политик, а потом постепенно будет заворачивать гайки? Спасибо.

Юрий Болдырев: Спасибо. Первое. Из разных соображений, в том числе, для того даже, чтобы не навредить «Народному радио», я вовсе не склонен пользоваться какими-то двусмысленными определениями типа «кот в мешке» и т.д. И так же с вопросом «заворачивания гаек». Какие гайки и в какую сторону? Если бы к власти пришла сила обновленная (предположим, «Путин обновленный»), которая захотела бы закручивать гайки в части того, чтобы наводить элементарный порядок...

Татьяна Федяева: Например, «Разберемся-ка с олигархами»…

Юрий Болдырев: Да. Надо разбираться! Все эти сказочки о том, что мы сейчас какой-то налог на роскошь введем и дадим им возможность «откупиться», чтоб народ их наконец признал за своих — ну, извините, полный бред. Откупиться от преступлений такого масштаба невозможно! Это то, где не должно быть ни сроков давности, ни возможности откупиться. Если ты талантливый руководитель... А я среди них не знаю талантливых руководителей: это такие «руководители», которые нанимают, в том числе, иностранных менеджеров, чтобы руководить, за большие деньги. Но если ты действительно талантливый руководитель, то оставайся, руководи! Но только верни государству и обществу государственное и общественное — то, что просто было нагло украдено (скорее даже, награблено — потому что ради этого пришлось расстреливать «Белый дом», т.е. законно избранный парламент).

Так вот, еще раз. Если он начнет «заворачивать гайки» в смысле наводить порядок в стране, то я — за. Но если «заворачивание гаек» начинается с того, что из того же «Столетия» выбрасывают тех, кто высказывал сомнения в том, что нам уместно ратифицировать соглашения о вступлении в ВТО, высказывал сомнения в других действиях, с моей точки зрения, направленных по существу на сдачу стратегических интересов страны… Знаете, это «заворачивание гаек» не в наших с вами интересах, а в интересах наших западных «стратегических партнеров». Такое «закручивание гаек» ведет к уничтожению страны.

Татьяна Федяева: Недавно в студии сидел здесь работал адмирал Комоедов, председатель совета по обороне, и как раз мы говорили, в том числе, о том, что в Ульяновске база НАТО теперь будет. Это мало того что в центре России, это просто демонстративно.

Юрий Болдырев: Это то, чего нельзя допускать категорически!

Татьяна Федяева: Там наши лучшие летчики тренировались, а теперь будет перевалочный пункт НАТО. Я спросила: «Скажите, Владимир Петрович, а Вы знаете, что там происходит?» — Он говорит: «Нет!» Это не знает председатель комитета Думы по обороне! Говорят, что «они туалеты там перевозят», они на самолетах до Ульяновска, а потом через всю Россию якобы везут эти «туалеты». Ну, это же бред!

Юрий Болдырев: Вы того же уважаемого адмирала Комоедова не спрашивали про «Мистрали»?

Татьяна Федяева: Конечно, спрашивала! И он сказал, что это чудовищно!

Юрий Болдырев: Если Путин будет закручивать гайки в том смысле что «отворачивать головы» тем, кто заказал эти «Мистрали», то я — за! А если он будет закручивать гайки, как это, похоже, сейчас уже начинается, всем тем, кто высказывает сомнения в целесообразности вкладывать наши потом и кровью заработанные деньги в оборонную промышленность Франции, а не России, то это закручивание гаек — не в наших интересах.

Радиослушатель: Добрый день! Меня зовут Александр Иванович. У меня даже не столько вопрос, сколько ответ. Мне бояться особенно нечего. Я работаю в оборонной промышленности. Меня вот что настораживает. Вот якобы Путин - борец за нашу независимость, за укрепление, восстановление наших вооруженных сил, и самое главное — стратегических сил. Так вот, зарплаты у нас настолько несоизмеримы с московскими «офисными», что наши молодые ребята, немножко поработав у нас, уходят в эти офисы. Если бы на самом деле у нас шло укрепление вооруженных сил, то зарплаты были бы, по крайней мере, у наших инженеров, не ниже чем в офисах. А они ниже в два, в три раза. Какое-то количество вооружений необходимо, чтобы хотя бы не попасть в Гаагский суд, как попал Милошевич. Но на самом деле это не то количество и не та мощь, которая нам всем нужна для обороны.

Юрий Болдырев: Спасибо. Ну, вот уже два десятка лет практически, почти два десятка лет приходится ставить одни и те же вопросы. Два десятка лет мы рассчитываем на два фактора. Первое — что общество проснется, осознает что-то. Второе — что проснутся какие-то национально-ориентированные элиты во власти, в том числе, хотя бы из-за осознания, что в противном случае их ждет Гаагский суд или вообще судьба Каддафи. К сожалению, ни первого, ни второго мы не видим.

Спектакль с «оранжевой угрозой» разыгран как по нотам, потому что достаточно, действительно, было показать этих «лидеров», так тщательно пестовавшихся весь этот период. Они не имели весь этот период возможности выступать по телевизору, но зато «Эхо Москвы» было постоянно всегда в их распоряжении, а это — FM-радио самое популярное. Люди сегодня слушают в машинах, в пробках.

Достаточно было их продемонстрировать во всей красе всей стране, чтоб получить весьма солидную поддержку именно как «защитник страны» от вот «этих». Посмотрите, скачайте с сайта «Эхо Москвы» их передачи буквально вот за день, за два, и в день митингов в декабре. Вы удивитесь! Вы только слушайте это, помня, что это радио, которое через «Газпром» контролируется властью. И Вам всё станет ясно. Это классическая провокация.

Татьяна Федяева: Юрий Юрьевич, а как Вам такой факт: «Газпром» меняет совет директоров «Эха Москвы»?

Юрий Болдырев: Дело в том, что подобные провокации не разыгрываются на уровне рассказа всем, кто что и в чьих интересах на самом деле будет делать. 90 процентов людей используются втемную. Им подсказывают, что надо делать, за что их поощряют — и они пускаются в бой, ура, вперед. Потом они вдруг удивляются: вроде нас поощрили, а теперь, — ну, развернемся в другую сторону. Т.е., в данном случае всё совершенно нормально. И обратите внимание: тональность уже изменилась, тональность «Эха Москвы» уже изменилась. Этих звонких голосов, которые нам перед прежними митингами так пели, вчера этих звонких голосов уже не было, вчера было уже всё спокойно: ну, митинги, хорошо. Теперь новое запускают: что «страшные националисты» прошли по улицам Москвы, «ужасные националисты прошли, кого-то избили», какого-то корреспондента.

Татьяна Федяева: Т.е. им всегда нужен «враг»?

Юрий Болдырев: Да. Теперь уже новый враг раскручивается, «страшный враг». Их так вот провели, чтобы было удобно, чтобы ни один полицейский им не помешал пройти, вот эти «страшные националисты» прошли и кого-то даже обидели, страшное дело.

Татьяна Федяева: А как Вам вот такой поворот: слова Путина о том что «…если совершат «ритуальное убийство»? Это заявление о «сакральной жертве»?...

Юрий Болдырев: Слава богу, пока обошлось без этого. Просто надо понимать: вот этот метод провокаций —  он так и действует.

Татьяна Федяева: Сами найдут какую-то знаковую фигуру?

Юрий Болдырев: Сначала сами раскрутили вот эту «оранжевую угрозу», дали возможность, раскрутили-раскрутили. Теперь аккуратненько это притушуют  и переключат  внимание на другое.  А под прикрытием этого, похоже, будут срочно ратифицировать соглашение о ВТО — вот что меня больше всего беспокоит.

Радиослушатель: Здравствуйте! Это Мария Александровна. У меня к Юрию Юрьевичу огромная благодарность за его позицию патриотическую. Юрий Юрьевич, Вы просто молодец! Когда Вы на дебатах с Любимовым на «Радио России» за пояс его заткнули. Основная тема с Вашей стороны: национализация — спасение России. И такая же тематика, позиция была у Владимира Лисичкина от ЛДПР на дебатах с путинским представителем. Так эта национализация напугала и власти, и иностранщину, поэтому у Зюганова снизились проценты и, тем более, у Жириновского. Но все равно — мы победим!

Юрий Болдырев: Спасибо. Ну, я очень рад, что у наших слушателей остаются бодрые, звонкие голоса. Потому что жизнь не заканчивается.

Если бы можно было делать всё то, что наша власть делает, и при этом дальше процветать, так и ладно. Но ведь невозможно дальше будет процветать. Дальше-то начнутся тяжелейшие времена, и мы станем вспоминать всё то, о чем говорилось сейчас. И в этом смысле мне бы хотелось, чтобы наши люди понимали, что и почему делается.

Непризнание этого парламента законным и легитимным и то, что сделал сейчас Зюганов — не признал результаты выборов президента — оно может быть очень важным. С какой точки зрения? Вот пройдет сколько-то лет, и мы окажемся в такой яме, что встанет вопрос, а можем ли мы выйти из этого ВТО, можем ли мы разорвать те или иные кабальные соглашения, которые нам сейчас навяжут. И вот я хочу сказать, что если есть исторический факт, если есть политическая сила, которая не признала, то если когда-то, через пять или десять лет она сможет прийти к власти — вашими голосами,  по-честному, — то, может быть, именно благодаря сегодняшнему непризнанию удастся с меньшими потерями выйти из тех или иных кабальных международных соглашений, из тех или иных «омутов», в которые нас сейчас затягивают, включая ВТО (на нынешних условиях). В этом смысле, всё имеет серьезный созидательный смысл.

Татьяна Федяева: Юрий Юрьевич, большое спасибо. Наша передача подошла к концу. Дорогие радиослушатели, я напоминаю, что сегодня в передаче «Народный интерес» работал Юрий Болдырев. И сидела рядышком Татьяна Федяева.

Юрий Болдырев: И Вы работали, и вдохновляли. Огромное Вам спасибо!

Татьяна Федяева: Спасибо! Всего Вам доброго. До свидания.

Юрий Болдырев: До свидания.

http://narodinteres.ru/vibori-prekrasheni.html


Возврат к списку


    
Система электронных платежей