Авторизация
Логин:
Пароль:
Регистрация
Забыли свой пароль?
Подписка на рассылку

Авторы

17.07.2016 01:24:00

1262536500_pv.jpgМоя давняя приятельница позвонила днем и велела мне собираться на концерт. В ту минуту я была чем-то занята, и было не с руки открыть Интернет. Я была уверена, что будет симфонический вечер, ибо и она тоже любит симфоническую музыку.

К филармонии, что на площади Маяковского, мы добрались за час. Перед входом в нее уже толпились люди. Нас доброжелательно пропустили. И я испытала тихую радость: на одной из афиш на публику участливо заглядывал в глаза, приглашая следовать за собой, Олег Погудин на вечер "Русского романса". Дата стояла этого дня. И в моей душе улеглось волнение.

Возле бесконечно высокой лестницы дежурили двое мужчин. Мы обратились к ним. Наверно, главный из них взглянул на меня и попросил подождать. Не прошло и десяти минут, как к нам подошли два человека и предложили помощь. Среди публики были люди с больными ногами, с ”канадскими палочками”, которые с тихой радостью, медленно, с остановками, поднимались в верхнее фойе. Многие люди были с усталыми и печальными лицами. В глазах почти у всех было ожидание чего-то желанного.

Удивительно то, что в верхнем фойе, перед залом, у публики почти не было цветов. В зале-чаше практически нет мест для людей в креслах-колясках. К счастью, у нас места оказались в последнем ряду партера, где убрано крайнее место. Когда мы устроились и я взглянула на сцену, то увидела с левой стороны – черный рояль, и в душе пролилась мелодия того романса, который не чаяла услышать в зале.

Музыкантов в этом концерте выступало больше - рояль и еще одна мандолина. Они, кроме аккордеониста, были все во фраках, в белых жилетках, бабочках и лакированных туфлях. Женщины, игравшие на мандолинах, были в длинных черных юбках и белых кофтах. В этом чувствовалось почтение к публике и некоторая старомодность - по моему разумению, вечерний костюм как бы размывает время. За два отделения они исполнили, по-моему, три-четыре произведения, одно из которых для меня оказалось сложным по настроению и, как мне показалось, было не вполне созвучно с этим вечером. Музыканты играли безупречно. Может быть, потому, что по воле Судьбы я бываю в концертных залах очень редко, но слушать классическую музыку в зале подобно нахождению в каком-то совершенном и осмысленном, своем мире, сотворенном из образов.

Помню, что я испытала светлые и щемящее-грустные чувства, которые по прошествию лет и десятилетий обращаются в нашей памяти во что-то чистое и подлинное. Музыканты на сцене располагаются даже не полукругом, а скорее «дугой», что обращает просторную сцену в уютный зал. В этот вечер был немного жесткий звук микрофона в минуты, когда артист пел в полный голос. Я уверена, что артист это слышал, но ни одной мимической морщинкой, ни взглядом, ни жестом не выдал своего огорчения. Он выступал во фраке, в идеально отутюженных брюках с лампасами, в белой сорочке с планкой, бабочкой, безупречно сидящем на нем фраке…, и это мне ‒ внучке и дочке артистов − показало, с каким почтением он относится к публике.

В концерте прозвучали любимейшие мною романсы "В лунном сиянье", "Только раз", "Утро туманное", "У камина", "Две розы", "Не уходи", "Ямщик, не гони лошадей”, "Сияла ночь", "Вам 19 лет", "Я вновь пред тобою", "Мы только знакомы", "Изумруд", "Среди миров", "Элегия" Рахманинова, "Капризная -упрямая", ''Гори, гори, моя звезда»” и "Белой акации гроздья душистые".

Для меня были подарками два фортепианных номера концерта. Светлую грусть и ясное понимание мимолетности счастья и горечь расставания и разлуки, и томительное ожидание встречи, и снизошедшее успокоение звучали в вальсе Ф. Шопена и в "Элегии" С. Рахманинова. Для меня это было неожиданным парением. И пианист Олег Вайнштейн играл , как мне показалось, бережно, мелодия у него не прерывалась на отдельные аккорды, а лилась единым звуком. Пустая сцена уплывала в рассеянном свете софита, освещавшем лишь музыканта. При этом было впечатление гостиной в пустой усадьбе.

Когда поклонился Олег Вайнштейн, вышел Олег Погудин. Он с уважением, со стороны, наблюдал за музыкантом. Ему, я заметила, было лестно, что слушатели приняли музыканта. Затем, как будто было услышано моё желание, зазвучала мелодия того романса, который мечтала услышать именно в зале. Он так просто и задумчиво начал, что, прикрыв глаза, я очутилась в дорогом мне месте. В его голосе звучало одиночество, разочарование, тоска. Он рассказывал каждому о нем самом. К концу романса было ощущение, что он вытянул из меня это всё. На душе было как-то спокойно. Посмотрела на сцену, он был каким-то погашенным.

Ещё одна желанная неожиданность была в этот вечер для меня. На сцене остались гитарист Михаил Радюкевич и певец. Зазвучала музыка, похожая на рондо. Я не могла узнать романс. Олег неспешно подошел к микрофону и запел: ”В мою скучную жизнь Вы вплелись так внезапно”. При первой же фразе возникла тихая, щемящая радость, возродились те чувства, которые владели мной пятнадцать-двадцать лет тому назад. Но в этот раз в его исполнении больше всего меня поразило снисхождение к тому, что ему преподносила жизнь. Ощущение течения времени, и осознанное смирение перед своим возрастом, и отступление от счастья ради нее, прекрасного и чистого создания, и неизмеримые страдания…

На этом вечере я познакомилась с другим человеком ‒ Олегом Погудиным. Со мной беседовал близкий человек, испытавший и ветреные увлечения, и возвышенную любовь, соблазны, и ревность, страсть и унижение, насмешки и горе, и предательство, сердце которого изнывает, сопереживает каждому слушателю. Это был любящий и страдающий от недопонимания человек. Человек, приподнявшийся над повседневной суетой и собственным эгоизмом и узревший что-то главное, для чего всё это было дано.

В первый раз за почти четыре десятилетия я услышала самое верное исполнение романса ”Мы только знакомы”. В нем, оказывается, совсем нет ни ненависти, ни презрения, а есть преданная любовь и сокрытое ото всех одиночество. Артист исполнил этот романс с невероятной сдержанностью, к которой бессмысленно еще что-то добавлять.

Жизнь мне дала возможность лет с десяти-одиннадцати даже не слушать, а прислушиваться к романсам. Бабушка пела почти что на сцене, и отец пел дома, под гитару. Но главное это то, что они разбирали и объясняли мне каждую фразу… и давали представление, какие чувства и мысли может пробуждать тот или иной романс.

Поразило меня исполнение романса "Ямщик, не гони лошадей”. Артист исполнил его как исповедь перед своей совестью. В его голосе мне слышалось душевное примирение героя с разбитой жизнью, с утратой. И возникло ощущение неимоверно мчавшегося сквозь твою судьбу времени… и в его пыльном вихре различаешь что-то дорогое для себя. Это было, по-моему, самое верное исполнения этого романса, которое когда-либо я слышала..

Меня потрясает обхождение артиста со своими почитательницами. И на этом концерте публика − от юных барышень и до седых женщин и почтенных старушек ‒ несла и несла своему желанному артисту цветы и гостинцы. Он, не тревожась о том, что помнет, растянет брюки, или что треснет от неловкого движение фрак, склонялся, присаживался к рампе, чтобы принять цветы и гостинцы, выслушать добрые слова. Вестимо, по краям сцены стояло два журнальных стола, заваленные цветами и подарками −признание в любви артисту. Но разве не признание поэту ли, композитору, писателю, живописцу ли, когда слушатель, читатель, зритель останавливается, предаваясь размышлениям? Возможно, я ошибаюсь, но утратили свою ценность горы цветов, гостинцы, на которые ни у певца, ни у музыкантов не остается ни сил, ни времени. Самое драгоценное для этого артиста, по моему разумению, наполненная тишина после романса. Разумнее всего, я думаю, выказывать своё восхищение артисту в конце каждого отделения.

На прощание он исполнил романс "Белой акации гроздья душистые". Это звучало подобно нахлынувшим воспоминаниям, желанному бреду души, отзывающемуся сладостной болью в сердце. И это звучало как благодарение за ушедшее счастье, воспоминание которого поддерживало в нем силы. Олег вернул, пробудил в каждом слушателе что-то своё и плакал.

По окончании романса артист тепло поблагодарил зал. И в эту секунду, вдруг, в его осанке что-то надломилось, что пробудилось беспокойство. Зрители этого не заметили. Они, стоя, аплодировали Олегу, оттягивая расставание.

Ещё долго после концерта я размышляла над тем, что заронил в мою душу этот вечер с Олегом Погудиным. Чем эти известные во всем мире и уже выхолощенные от частого исполнения романсы разбередили меня и в то же время принесли умиротворение? Они были напоены нестяжательным счастьем, тем, что присуще русскому человеку, и, наверное, поэтому вчерашний концерт назывался "Вечер Русского романса".

2 июля 2016 года



Возврат к списку

Петров В.

Маслова Н.В., Антоненко Н.В., Клименкова Т.М., Ульянова М.В.

Антоненко Н. В., Клименкова Т. М., Набойченко О. В., Ульянова М. В.; науч. ред. Маслова Н.В. / Отделение ноосферного образования РАЕН

Антоненко Н.В., Ульянова М.В.

Шванева И.Н.

Маслов Д.А.

Милованова В.Д.

Куликова Н.Г.

Набойченко О.В.

Астафьев Б.А.

Маслова Н.В.

Мазурина Л.В.

Шеваль М.

Швецов А.А.

Качаева М.А.

Бородин В.Е.

Н.В. Маслова, В.В. Кожевникова, Н.Г. Куликова, Н.В. Антоненко, М.В. Ульянова, И.Г. Карелина, Т.Н. Дунаева, В.Д. Милованова, Л.В. Мазурина

А.И. Богосвятская

Маслова Н.В., Юркевич Е.В.

Маслова Н.В., Мазурина Л.В.


Новости 1 - 20 из 86
Начало | Пред. | 1 2 3 4 5 | След. | Конец Все


  
Система электронных платежей